Клан Волка. Том 3. Турнир

— Что за бред вы несёте?

Вместо ответа она обратилась к инспектору Сурову.

— Предъявите господину Волкову улику.

От её слов во мне всё оборвалось. Одному богу было известно, каких усилий мне стоило не выдать эмоций.

Из ящика стола Суров вынул чёрную папку и вместе с ней прошёл к трибуне, за которой я стоял. Раскрыв папку, инспектор показал содержимое.

Внутри имелась только одна вещь, и от её вида меня охватил мороз.

Мне предъявили мой собственный пропуск на поезд, выданный Службой Караванных порталов ещё два месяца назад.

На карточке было написано:

Истощение Манных Сил Организма (имсо): не обнаружено

Настоящее имя: Кирилл Миронович Волков

Заявленное имя в Тафаларе: Иномирец Киджо

Возраст: 16 лет

Выполненных Заказов: 0

Заработано маго-танов: 0

Проездное место: 79, эконом

Проезд в Тафалар: РАЗРЕШЕНО

Да, это был тот самый пропуск, который я потом так и не смог отыскать в кармане.

Где они его взяли? Забрали у чароитов? Возможно, те вытащили его у меня, пока я был в отключке, когда вдохнул усыпляющий газ ещё в капсуле.

Единственное, чего не хватало на этом пропуске — это моей фотографии. Там был оторванный край. И это могло стать моим единственным спасением.

Я нахмурился, сохраняя внешнее спокойствие.

— И что это?

— Это вы мне скажите, господин Волков, — ответила Лиза, не сводя с меня цепких глаз.

— Странный вопрос, госпожа Бык. Если я не знаю, что это, как я могу ответить? Хотите сказать, что из-за того, что там такая же фамилия, как у меня, то я в чём-то виноват? И поясните мне всё же, это добровольная беседа или принудительный допрос?

Девушка уселась обратно в кресло.

— Это беседа, господин Волков.

— Меня в чём-то обвиняют?

— Пока нет.

— Мне сказали, что беседа будет касаться только заговора Жрецов Янамара.

Лиза кивнула.

— Да. Мы хотим выразить вам благодарность за оказанную помощь в поимке предателей и раскрытии заговора. Расследование по нему ещё ведётся. И, вероятно, вас вызовут ещё.

С каменным лицом инспектор Суров закрыл папку с пропуском, отнёс обратно в ящик и устроился на прежнем месте.

Сейчас все мы — и я, и Лиза, и Суров — понимали, что кроме пропуска с оборванным краем у них ничего на меня нет. Их улика была серьёзной, но всё равно косвенной. Хотя теперь мне стало важно, есть ли в этом мире презумпция невиновности.

Лиза откинулась на спинку кресла и устало сказала:

— Вы свободны, господин Волков. Охрана проводит вас до верхолёта. Приносим извинения, что вызвали вас столь поздним вечером.