Вампиры тут беспризорные

Он и не знал, что у попаданцев настолько плохо с адаптацией.

Эти ребята толком и с монстрами не встречались, раз думают, что яма в земле, накрытая досками, их защитит.

Монстры были первым, с чем Степан столкнулся в этом мире. Для справки - Веце он тоже считал в некотором роде монстром.

- У тебя осталась минута, чтоб затащить Захара в дом, закрыть все двери и окна, и попытаться сделать что-то с раной. - сообщил Степан, с каждой секундой все больше нервничая.

Если Антон и дальше будет болтать, то угадайте, что придется делать Степану? Правильно, защищать этого болвана, чтоб тот целым до двери добрался.

Только вот вампир не в лучшем состоянии и ему бы самому не помешала защита, ну, знаете там пару зелий и артефактов, напарник и маг… или хотя бы магия.

Но пока у вампира были только меч и палка. Ну и доска с торчащим гвоздем, но ее Степан решил оставить на крайний случай, гвозди нынче вещь редкая, на дороге не валяются и стоят немало.

- Я понял. А ты… выживи. - проронил Антон, закинув себе на спину раненого Захара.

- Не слишком ободряющее напутствие. - добродушно усмехнулся Степан, - Иди. И не оглядывайся. - собеседник согласно кивнул, странно посмотрел на вампира и, не став ничего спрашивать, торопливо направился к дому.

Вампир выждал буквально пару секунд, убедившись, что Антон действительно уходит, и рывком вздернул морду убитого монстра вверх, чтоб было удобнее вцепиться зубами в шею.

Какой на вкус была кровь монстра?

Ну, учитывая, что Степан и обычную-то переносил только в случае сильного голода или если после полоскал рот, то ужасно.

Вы когда-нибудь пили отвар полыни? Горько жесть, даже рот потом не сразу отмывается, и вот мысленно добавьте к этому барсучий жир - вонючий и тоже весьма противный. Смешиваем один к одному, прибавляем запашок крови и вуаля - вы повторили точный вкус крови монстра.

И для Степана, к его великому сожалению, подобная гадость была единственным доступным источником пищи. Хлебные корки вампира не сильно насыщали, как и суп из желудей или крапивы.

Антон остановился у самой двери, чтоб обернуться и запечатлеть в памяти Степана, которого, вероятно, видит в последний раз; чтоб запомнить товарища, который решился сложить свою жизнь за других, стать стеной, что сломается под натиском врага, но позволит выиграть немного времени…

И увидел то, чего не должен был.

- Господи… - сипло вырвалось у него. Нечасто можно узреть, как твой знакомый, перепачканный в крови, чуть ли не жрет монстра.