Вампиры тут беспризорные

Ух, ладно, это уже не первое магическое истощение в его жизни, как-нибудь справится, главное не отрубиться до того, как всех перебьет.

Можно сказать, что с магией дело пошло веселее, но это будет немножко неправдой, потому как вытягивать силы, мощную магию из почти пустого резерва, было чертовски больно, словно огонь разливался по венам, собирался в районе сердца и выжигал внутренности.

Вампир нетвердо стоял на ногах, очертив на земле оборонительный круг и накрыв себя новым куполом. Голова кружилась, Степан плел атакующее заклинание.

Размениваться на мелкие не было времени - кто знает, через сколько минут его вырубит, а если за раз выкосить половину монстров, то шансов на победу будет больше.

Через двадцать секунд пустырь между лесом и домом покрылся огромной огненной сетью, которая впивалась в лапы монстров, ползла вверх, оплетая тело, и душила их. А вампира почти физически душила нехватка магии, катастрофическая нехватка. Зато прикончил всех монстров одним махом.

Степан раздосадовано стоял на коленях, опираясь о землю руками, ноги уже не держали.

Мда, похоже он переоценил себя, в тот раз-то с ним были зелья и Веце, который бы в случае чего откачал и прикрыл тыл.

А сейчас попаданец остался совершенно один. И помощи ждать неоткуда.

Из носа медленно капала кровь, магрезерв ушел в минус, Степан подслеповато смотрел вперед, на тварь, что не попала в зону действия заклинания.

Его героические порывы давно уже издохли, прям как стая монстров, и сражался он не за кого-то там, с кем познакомился пару дней назад.

Вампир боролся за свое право жить в этом жестоком мире.

- Так, ну на одно чудовище меня должно хватить. - пробормотал он, пытаясь встать. Заклинание прекратило действие и монстр, опасливо ступая, направился прямо к попаданцу.

Встать не вышло, вампир обессиленно сел, взял в руки меч и уставился на тварь. Монстр, не мигая, глядел на него в ответ.

Да уж, не о такой взаимности он мечтал в свои юношеские годы.

Теперь, когда тварь подкралась поближе, вампир разглядел, что это еще детеныш.

И если еще месяца четыре назад у Степана бы еще мелькнула жалостливая мысль, мол, может оставить монстреныша жить, приручить, и вообще так поступать нехорошо, то сейчас он лишь молча выжидал, чтоб нанести удар.

Этот твареныш примеряется, как бы сподручнее сожрать попаданца, тут нет места для сентиментальности и сочувствия.

Их разделяло всего полтора метра. Тварь выжидала, вампир незаметно оплетал заклинанием меч.