Дочь Хладной Гавани 2. Наследник Акавира

Тебе ли не знать, бабушка, что во всех правилах есть исключения. Будучи молодой, мама была заточена в гробницу, из которой ее вызволил отец. Мама была не обычным вампиром, как обитатели этого замка. Именно за эту особенность папа ее полюбил. Как единственный мужчина в нашей семье, я заявляю: я гожусь тем, что моя мать была вампиром! И клянусь честью, что буду защищать ее, и любить всегда, независимо от того, человек она или нечто иное.

Мать нежно поладила ребенка по голове, улыбаясь сквозь слезы. Она гордится своим сыном.

- Ты говоришь слишком заумные вещи для своих четырнадцати лет, щенок! – оскалилась Валерика, высвободившись из объятий внучки, - Ты не представляешь, о чем говоришь, а ты – о чем просишь! Вы сошли с ума!

- Помнится, пару тысячелетий назад точно также свихнулся Харкон, - притягивая девочку к себе, парировала Серана, - и вот, что из этого вышло. Так ты поможешь, или как? Пока мы тут воюем, Гераклиона, возможно, пытают, или того хуже… Помоги своей дочери обрести счастье вновь.

- Ты готова отдать слишком высокую цену за это счастье, - попыталась вразумить ее Валерика, не зная, как отговорить ее. – Ты готова снова стать игрушкой Молага Бала?

- Он не тронет меня. Мара и остальные Девять готовы покровительствовать мне и моим детям. Я склонна верить богине-матери.

- Ты говорила с ними? – воскликнула Валерика. Ей верилось в это с трудом.

- Да. Перед тем, как отправиться к тебе, я говорила с богиней. Она благословила меня и моих детей, если захотят последовать за мной…

- Пойдем за мной.

Она повела их прочь из зала, через дубовые двери, окованные железом, прямо во внутренний дворик. Здесь снова расцвели цветущие сады, пахло жизнью и свежестью, ростки волшебных ингредиентов и мягкий свет корня Нирна придавал некий оттенок таинственности этому месту. В центре, как в былые времена, расположились лунные часы. Каменные горгульи, стоящие на балконе, приветствовали хозяйку безмолвным рыком. Ветер, дующий с севера, невесомо касался листьев плодовых деревьев.

По настоянию Гераклиона, здесь растут теперь орех, жимолость, несколько слив и вишен, зеленые шкурки каштанов валялись в кустах у крепостной стены. Женщина остановилась у лестницы, ведущей к тронному залу и печально произнесла:

- Если ты не передумаешь, мы можем сделать это здесь. Леонтий, Искра, вы можете спрятаться за статуями. Мне неизвестно, как поведет себя ваша мать после превращения, но обещаю – вас она не тронет.