Кодекс Охотника. Книга IV

Я встал и осмотрелся.

— В общем, такие дела. Анюта, мне нужно в ближайшее время в Иркутске закрыть вопрос с Центром. Здесь же нужно, чтобы кто-то присмотрел за уборкой. До восстановления еще дело дойдет. И этот кто-то, как очевидно догадываешься, ты.

— Хорошо, без вопросов, — сказала Анна и крикнула. — Эй, Волк! Тащи мешки обратно, я остаюсь здесь.

— Подожди, не так резко, — сказал я. — Как бы то ни было, ты исключительно ценная для меня... — тут я замялся, пытаясь подобрать эпитет.

— Друг, помощник и компаньон? — хитро улыбнулась Анна.

Я улыбнулся в ответ и кивнул. Честно говоря, после того, как я поставил печать регенерации, моя сексуальная энергия после Разломов пошла в «мирное русло». Туда, куда и должна была пойти — на укрепление тела и духа. Вот только всё равно это так не работает. По крайней мере, я мог думать верхней головой. Но вот расслабиться мне очень нужно. И было нужно уже давно!

При этом, несмотря на потрясающую красоту Анны, я не воспринимал её, как объект сексуального желания.

Нужно сказать, что она отвечала мне такой же взаимностью. Может притворялась, а может действительно я был не в её вкусе. Но, слава яйцам, в любом случае, это хорошо!

— В общем, Волка оставить я тоже не могу. Но охранять тебя как-то нужно.

Девушка пожала плечами.

— Да что со мной может случиться в этой глуши?

Я усмехнулся. Это она не видела те горы трупов, которые мы убрали отсюда накануне.

— Да много чего, — загадочно улыбнулся я. — Уж поверь мне.

Я снова свистнул, без всякого результата.

Потом ещё и ещё. Рядом появился недовольный медоед, который что-то жевал. Это «что-то» было лапой гоблина. Кажется, он опять сходил в подвал на охоту. И судя по тому, что дверь была заперта, туда ведёт ещё какой-то вход. Или он, как Шнырька, может передвигаться сквозь двери.

— Останешься здесь, и будешь присматривать за ней, — я кивнул на Анну. — Если с ней что-то случится... Помнишь, что я тебе говорил про ветеринара и твои мохнатые бубенцы?

Медоед оскалился и зашипел, негодуя. Но всё же кивнул головой, и опять куда-то смотался.

— А ну-ка, вернись, скотина! Я еще не договорил, — крикнул я.

И снова появилось недовольное хлебало мохнатой твари с немым вопросом: «Ну, что тебе ещё?».

— Анна скажет тебе, каких людей не трогать. Слушайся её так же, как и меня.

На этот раз кивок был менее активный, но, по крайней мере, он и на это согласился.

Я повернулся к ней.

— Всех людей, которых запускаешь внутрь, сперва знакомишь с этим дегенератом... гхм...