Печать правосудия. Том 1. Том 2

Сил у него осталось немного, да и контузия давала о себе знать, если бы он поднял руку повыше и напрягся - вместо царапины на груди и разорванной кофты все могло закончиться перерезанным горлом. Я ударил воришку справой. Тот отлетел на метр, перегруппировался, вскочил на ноги, ломанулся дальше.

Живучий, зараза.

Стоять. Я словил его за шлейку рюкзака. Тот потянул на себя. Мы замерли в перетягивании каната. Бросай рюкзак и беги, дебил! Нет? Ну как знаешь.

Мысленно я посчитал до трех, рванул на себя, приложился в бороду, схватил его за горло, прибил спиной к стене, дважды приложил головой о стену.

Он поднял руку, но я тут же перехватил её и сжал.

Карманник дышал через раз. Он побелел, из носа потекла кровь, в глазах собрались слезы. Из-за полностью израсходованной силы его потряхивало.

В этот миг я ощутил свое превосходство. Нет, не в том плане, что я - крутой, а ты - грязь из-под ногтей. Силовое превосходство. Я сжимал его руку и чувствовал, что способен его заглушить. Кажется, и он в этот момент что-то.

Страх потерять силу читался у него в глазах. Он задергался ещё сильнее, но его движения походили на предсмертные судороги. Он и сам больше не верил в свою способность сопротивляться.

Его рука похолодела, а затем вдруг стало горячей. Скопившаяся сила потекла в разряженное пространство моей руки. Я наливался силой, а карманник увядал и слабел.

Через пятнадцать секунд наполнение остановилось. Воришка к тому времени почти отключился. Если в нем и остались силы, то лишь едва заметные крохи. Теперь его нельзя было назвать даже рассеянным, не то что аппером со способностью.

Он стал почти пехом. Пехом с остатками силы на уровне статистической погрешности.

Вот так это и работает.

Канал из его руки в мою напоминал трубу, и я должен был его перекрыть - самая сложная часть. Это и называется - наложить печать. Вспоминая наставления Скора, я отпустил часть энергии назад и задержал её на стыке. Теперь нужно было сфокусировать внимание и…

Раздались выстрелы. В полуметре от меня в забор прилетели две пули, нас осыпало бетонной крошкой.

Потеряв фокус, я не удержал печать. Сила, точно из пробоины, почти мгновенно перетекла обратно в тело карманника.

- Отпусти его! - крикнула Соколова, подходя к нам с пистолетом в руках.

Упс. Я разжал руку. Карманник рухнул на землю, запутался ногами в проволоке. Его повело, он сполз в лужу отработанного машинного масла.

- Ты чуть его не убил!

Соколова вернула пистолет в кобуру, оттолкнула меня, нащупала у воришки пульс.