Печать правосудия. Том 1. Том 2

Меня интересовала камера с номером три.

Знакомый охранник любезно открыл мне дверь, тем более, что у меня были все основания задать парочку дополнительных вопросов пойманному воришке.

Он сидел на шконке. Едва разглядев меня, вскочил, прижался к стене. Желтая лампочка под потолком плохо справлялась со своими обязанностями. Я не разглядел выражение лица, но дрожащий трепет внутренней силы почувствовал прямо с порога. Что-то явно изменилось после нашего контакта.

- Что ты со мной сделал?!

- Спокойно! - я вошел в камеру, закрыл за собой дверь.

- Ты… Ты хотел наложить печать?!

Находясь в тесном помещении с раздавленным карманником, я прекрасно понял слова Скора о доминации и превосходстве. Вот она. В чистом виде. Лишь одно моё присутствие парализовало его. Он боялся больше смерти.

Его колени тряслись, он то и дело сползал по стене, но заставлял себя держаться на ногах. Сил в нем почти не было. Вернее, они были, но он не мог использовать даже самый простой выброс, не говоря уже про филигранное исполнение воровских трюков.

Он был обездвижен, парализован, сломлен.

Я почувствовал бурлящую силу в районе груди. Воспоминания о пополнении его силой показались мне приятными. Ощущение глотка свежего воздуха после удушливой гари. Ощущение сброшенных утяжелителей после долгой тренировки. Ощущение отрыва от земли.

- Охрана! Помогите…

Карманник заткнулся, когда увидел мой прижатый палец к губам. Я приблизился на пару шагов, почувствовал колебания его силы.

Очень слабая амплитуда. Рябь от легкого ветерка на волнах. Не нужно никакой подготовки, я мог прямо сейчас забрать его силы себе. Он был готов.

Наслаждение и решение проблем в одном флаконе. Протокол Соколовой послужит доказательством, что у карманника были силы, а новая экспертиза от того же Исакова диагностирует их отсутствие или критическое послабление. Я могу стать печатником прямо сейчас.

Карманник сел на колени, забился в угол, я сел рядом. Ожоги и иссохшая рука никуда не делись.

Последствия моей ошибки с наложением печати останутся с ним на всю жизнь. Я взял его за вторую, здоровую руку. Карманник не сопротивлялся.

Разрядил энергию, почувствовал тягу. На этот раз мне не нужно было даже прилагать усилий. Его энергия готова была хлынуть в мое тело, будто послушный заключенный, идущий на собственную казнь.

Принять силу, приостановить поток в конце, замедлиться, сформировать печать на стыке.