Печать правосудия. Том 1. Том 2

- Жестко…

- И ещё я не ожидала от тебя такой решительности.

- Да?

- Одно дело пинать в классе Агафонова, дать сдачи Толкачеву и даже разобраться с парочкой ублюдков в городской подворотне, и совсем другое - участвовать в рейде на вооруженную организованную преступную группировку. Шумякин сказал, что ты спас жизни двум солдатам.

- Герой, получается. Он не передал через тебя какую-нибудь награду или медаль?

- Не-е-ет, - Диана посмотрела в сторону и загадочно покачала головой.

- Ты тоже неплохо справилась, - сказал я.

Она улыбнулась.

- Советую поработать немного над частотой и глубиной, а в целом… Мне понравилось.

- Ха! - не сдержалась она.

- Если хочешь, я могу дать тебе частный урок. Знаешь, в этом деле очень важна практика, одно дело тренироваться на манекене и совсем другое…

Она подошла впритык, положила руку на спинку кресла, коснулась коленкой моей ноги.

- Приветики, - сказал я.

- Ну что, тебе звонила Юля?

- Нет, - я сглотнул слюну.

- Вот как? - её рука переползла на моё плечо.

- Действительно.

- Мне, конечно, далеко до её коротких шортиков.

- Кто знает, кто знает…

Диана потянула за край юбки, задрала её к бедрам, затем перекинула через меня ногу и села. Мои руки скользнули под блузку и смяли горячее тело. Поцелуй, минус одежда, занавес.

… … …

Мы лежали на полу на своей же одежде в разгромленному углу кабинета. Рядом валялись коробки с документами, перевернутый цветок, кресло. Диана водила ногой по стене, а я следил за рисунком её крошечных пальчиков.

- Ничего не хочешь мне рассказать? - спросила она.

- Например, где я научился быть таким хорошим в постели?

- Я серьезно.

- Серьезно? И что ты хочешь знать?

- Кто ты?

Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, куда она клонит. Я бы с удовольствием ей что-нибудь рассказал, если бы мог. К сожалению, приходилось прикидываться дурачком:

- Ты же читала моё дело.

- Там собраны только поверхностные и малозначимые факты. Так часто делают, когда хотят выставить человека обычным.

- Спасибо.

Диана отвернула голову и несколько секунд помолчала.

- Может ты и вырос на улицах, может совершал мелкие преступления, но ты попал в ОБНИС не поэтому, - она смотрела в потолок, а край её расстёгнутой блузки задирался все выше и выше от движений ноги по стене.

Если бы разговор касался какой-нибудь ерунды, я бы давно потерял его нить. Я повернулся к ней, положил руку на живот. Теплый и бархатно мягкий.