Печать правосудия. Том 1. Том 2

Борис поправил галстук и сложил руки в замок:

- Молодой человек, я попрошу вас…

- Воды принеси!

- Что ты себе позволяешь?! Ты хоть понимаешь?..

- Быстрее!

- Не кричи здесь!

- БЫСТРЕ-Е!

- Тихо!

- Тащи воду или я заору ещё громче!

При всем уважении к Борису, но на говно я не собирался отвечать любезностями. И дураку понятно: человек в приемной с бейджиком - сенсор. Он точно знал из чего мы состоим, какие силы имеем и как себя чувствуем. Узнав во мне рассеянного, решил посадить меня на стул. Недостоин я, понимаешь ли, елозить своей жопой по его дорогущему дивану.

Хер тебе. Посмотрел бы я на его морду, если бы Гремлин не сдул с меня лишнюю энергию. Как бы он тогда запел? А вообще интересно: как много он бы увидел? Судя по тому, что я выдержал импульс, силы во мне было много.

В обмен на тишину Борис принёс воды.

- Где Даша? - спросил я.

- Вы приехали не к ней, - снова перешел на «вы». - Вас примет Дмитрий Александрович.

Ого. В этот поворот. Даша зашла так далеко, что натравила на меня своего отца? О чем тут вообще можно говорить? Три недели прошло.

Ни звонка, ни сообщения, и что теперь?

Дверь в кабинет открылась спустя двадцать минут. Оттуда, будто из бани, вышел толстяк в очках. Мокрый, красный с отдышкой. В кабинете было тихо, шлепков вениками я не слышал. Дмитрий Александрович Беляев - один из крупнейших бизнесменов города - разогрел того почти в полной тишине. Беседа намечалась интересная.

Толстяка сменил мужик в коричневых штанах, следующий - мой сосед по дивану, потом - я.

Если так пойдет дальше, то куковать мне здесь ещё минут сорок или больше.

Мужик в белой рубашке с синим галстуком, который едва закрывал пуговицы, старался на меня не смотреть. Когда я попивал водичку и полоскал горло (внутри всё высохло, как в пустыне) он хмыкал и поправлялся на диване. Нервничал.

- Ты можешь потише… мальчик?

Опа! Этот тоже знал о моей рассеянности. «Мальчиком» назвал. Либо почувствовал, что вряд ли, либо был информирован. Борька, сукин сын, мог предупредить, чтобы не ставить уважаемых гостей в неловкое положение.

То-то я думаю, синий галстук так подпрыгивает и хмыкает.

- Ты в таком виде собираешься пойти к Дмитрий Александровичу? - он посмотрел на мою ногу.

Вот вам и дискриминация в чистом виде. Мог бы сделать скидку на то, что я пришёл в сопровождении Гремлина. Ну или хотя бы прикрыть варежку, потому что рядом с ним несовершеннолетний ребенок. Нет уж. Конкуренция буквально витала в воздухе.