Печать правосудия. Том 1. Том 2

Игра первым номером слишком дорого мне обошлась. Закончился второй раунд. К началу третьего я примерно понимал, что нужно делать. Толкачев начал повторяться. Одинаковая череда комбинаций, подъем правого плеча перед атакой, уход корпусом влево и вниз в клинче.

- Может на сегодня хватит? - тренер похлопал меня по плечу. - Ты неплохо выступил. Толкачев у нас отличник, мало кто выдерживает два раунда в таком темпе. Продолжим в следующий раз?

- Ни за что.

- Ух ты, - он отвернулся и посмотрел на табло, отсчитывающее последние секунды перерыва.

- Ну тогда удачи. Впереди тебя ждет самый веселый раунд.

- Это почему?

- Все это время Роман копил силы. Сейчас будет взрыв.

- Копил силы? - я вытер пот со лба. - Где он, мать вашу, их хранил?

- Удачи, Никита!

И тренер не соврал. Толкачев обрушился на меня почти безостановочной комбинацией. Я закрылся в глухую оборону. Прилетало везде, где я хоть немного открывался. Приподнята рука - получи в печень, промежуток между руками - держи в нос, слишком сильно прижал руки - вот тебе проникающий в ухо.

Дрался я много, но в бою один на один этот бой я не мог назвать своим лучшим. Моя уверенность таяла, в одну секунду я даже подумал, что не удержусь на ногах, но такого допустить я не мог.

Выжидая пробелы между комбинациями, я начал отвечать. Правый крюк, левый апперкот, правый прямой, левый крюк. Все мимо. Каждый раз я опаздывал на полсекунды, за что получал ещё точнее и больнее.

Охи, вздохи, крики, пламенные возгласы и чуть озабоченные моими состоянием комментарии тренера я больше не слышал.

Внутри все бурлило и закипало. Я так злился от собственной беспомощности, что готов был взреветь, будто медведь гризли. Таймер сокращался к нулю, готовясь провозгласить окончание третьего раунда, а вместе с ним - мое сухое поражение. Ни одного удара в цель.

Толкачев пробил мне дважды по корпусу, а затем хлестнул пощечину по лицу, вместо удара.

- Ох-хо-хо!

- Отхлестай его, Толкач!

Издевается, сука…

Я подсел, отвел правое плечо и ударил.

Рука улетела вперед намного быстрее, чем я себе представлял. Сорвалась с места, будто выпущенная стрела. Она стала легкой, но несла очень тяжелый груз. Я плохо видел, но, кажется, на конце промелькнуло красноватое облако силы. Хотя, как такое возможно?

Попал.

Толкачев подлетел в воздух, разгруппировался, раскинул руки и ноги в беспорядочном балетном прыжке, а потом с грохотом рухнул на ковер и укатился прямо к ногам своих рьяных болельщиков.