Перерождение. Начало

Пришлось остановиться и шмальнуть по твари стрелами. Благо, пламя позади освещало моба, так что удалось попасть по лапе и спине.

Ликующе кричу друзьям, но те с испугом указывают на что-то позади. Чувство подставы заставило обернуться. Я застыла, боясь пошевелиться. Темноту разогнал не огонь ‒ множество светлячков, размером с ладошку кружили на манер костра.

– Мама… – тихонечко поскуливая, морщусь в отвращении. – Почему все насекомые такие большие и страшные?

– Рита, ты дура! – подбежав, констатировал рыжий.

Полностью оправданное заявление. Сама загнала нас в ловушку: с одной стороны, громадный паук, с другой светлячки.

– Твою дивизию, – зло процедил Серега, – Десяток мошкары девятого уровня.

Немного успокоив себя, поворачиваюсь к пауку и стараюсь подавить панику.

Ну почему он такой страшный? Эти мерзкие волосатые лапки, жуткие жвала с которых стекает густая слюна. Но восемь жутких бусинок черных глаз ‒ вообще трешь! Стоит только глянуть, и мысли драпануть не кажутся абсурдными.

Тварь подобралась поближе, еще чуть-чуть и смогла бы напасть. Но, Жнец то и дело мешал громадине, агря на себя.

Пока светлячки на нас не реагировали, так что смело лишаю паука еще пары конечностей. Насекомое зашипело от боли и, спотыкаясь, словно ненормальный, понесся на ребят. Острая лапа пронзила плечо Вити, почти полностью унося здоровье.

Отвлекла тварь от друга стрелами. Громадина, лишенная практически всех лап, сейчас относительно безопасна, или я так думала.

Паук откусил конечности, отравленные тьмой, жадно проталкивая их жвалами внутрь.

Подбежав к рыжему, влила парню зелье в рот. Стоило ему более-менее очухаться, подхватила ребят под локти, и умчалась в сторону озера. Бежали не разбирая дороги, попутно агря ВСЕХ светлячков. 

Да чтоб вас всех!

Стало жарко, легкие горели огнем, а бок укололо болью. Ноги уже заплетались, но нужно бежать. Приходилось то и дело огибать деревья, а иногда спотыкались о камни или коренья.

В очередной раз упав, зря я решила обернуться. За ними прицепился еще один паук и две стайки насекомых! Стоило увидеть этот паровоз, как внутри все похолодело. И без того, бешено стучащееся сердце забилось быстрее. Друзья костерили мне, на чем свет стоит, но ногами перебирать стали быстрее. 

Добежав до берега озера, я завыла от бессилия – тупик.