Чейзер

Еще один золотой ушел на сбрую и седло. Поскольку таланта "Жокей" у меня не было, а в прошлой жизни я ни разу не ездил верхом, я не без опаски забрался в седло. Но Григ оказался умницей - даже не попытался сбросить меня, и через некоторое время я вполне освоил азы верховой езды. Вернувшись в гостиницу, я закупил продуктов и воды в дорогу для себя, и ячменя для Грига, прочитал инструкции Эдерли к эликсирам, которые они мне дал, - первый втрое усиливал силу, ловкость и живучесть, второй назывался "Антиморок" инейтрализовывал заклинания внушения, - и уже до полудня выехал из Эттбро на широкий тракт, ведущий в Данмут.

Путешествие верхом - незабываемое удовольствие. Единственным недостатком моего четвероногого друга было то, что мерин никак не хотел идти со скоростью больше пятнадцати километров в час, но меня это вполне устраивало. Как говорят в народе: "Тише едешь - шире морда". Так мы добрались до маленькой деревни, где я пообедал купленными в Эттбро хлебом и сыром, а местный кузнец за пару медяков проверил подковы Грига.

Заночевал я на одиноком хуторе, хозяин которого за небольшую плату предоставил мне сеновал, а Григу навес во дворе. Утром я добрался до Данмута, в город заезжать не стал и, расспросив людей в предместье о дороге на Кадуорс, направился на юг, в сторону видневшихся на горизонте Мрачных гор. Местность изменилась - теперь я ехал через невысокое, заросшее лиственным редколесьем всхолмье. Пейзаж был самый живописный, однако ближе к вечеру небо начало хмуриться, и я всерьез опасался, что меня в дороге застигнет дождь, но напрасно. Еще до заката я добрался до большой деревни под названием Вилькор.

- Мы люди лорда Грауса, твоя милость, - сообщил мне крестьянин, тащивший на волокуше огромную вязанку хвороста. - Это евошние земли, до самой реки.

- А далеко ли до Кадуорса?

- Лиг пять, не больше, твоя милость. За берегом Шелюза как раз по землям Кадуорсов поедете. Только после заката не ехали бы вы туда.

- Это почему? - поинтересовался я.

- Страшно там, а почему страшно, лучше не спрашивайте, все равно ничего не знаю и не скажу.

Я дал скрытному крестьянину медяк и поехал дальше, раздумывая над его словами. На постоялом дворе Вилькора я получил за четыре медяка крохотную комнатушку, где едва умещалась неудобная кровать с периной и подушкой, набитыми соломой, порцию жареной баранины и кружку кислого водянистого пива.