Мэги, о которой заговорят

Еще пятьдесят я бы заработал за два дня в доках, а может за одну ночь на кладбище за Мельничьим холмом.

- Голаф, не ругайся, пожалуйста. Если дело только в деньгах, то вот, считай, - она взяла недавно отнятый кошелек Бугета и высыпала монеты на стол. – Считай! Здесь и тебе и мне хватит до Рохеса!

- Собачий хвост! – рейнджер с недоумением смотрел на щедрую горсть серебряных кругляшей по пять, десять, даже пятьдесят сальдов. – Откуда это у тебя? Госпожа Пэй, здесь за пол штара будет! Даже без мелочи.

- Нет. Всего лишь очередной визит к добрейшему Бугету, - с усмешкой ответила мэги. – Он даже не успел мне возразить.

- Ты снова обчистила отца варгиевой шайки? Рискуешь, моя дорогая. Слишком рискуешь. Я даже не знаю, стоит ли радоваться этим деньгам, - завидев каких-то людей в проулке, он повернулся к окну. – Определенно не стоит, - тут же заключил он и вскочил с табуретки.

Из-за желто-кирпичной ограды, примыкавшей к углу соседнего дома, появились трое в длинных темных плащах. За ними, прихрамывая от свежей раны в зад, опираясь на узловатую палку, следовал Кирим. Остановившись, гном оглядел дом напротив, задние двери пекарни и остов повозки, прислоненной к трухлявой стене сарая, махнул, сказав что-то мрачным спутникам, и уверенно направился к входу в квартирку Аниты.

- Да здесь и сам господин Бугет! Давай, Астра! Вылазь в то окно! – Брис подтолкнул ее к приоткрытым створкам со стороны садика Пипиты – ходу, которым он сам пользовался в момент нежданного визита пиратов.

- Сколько их, Голаф? Всего пятеро? Да не толкай ты меня! – она вывернулась из его рук и бросилась к двери. – Давай, запрем и завалим вход! Стол подвинем сюда!

Ступени уже скрипели под чьими-то торопливыми шагами. Астра не успела дотянуться до задвижки – дверь распахнулась, и на пороге появился Кирим.

- Госпожа, - он небрежно поклонился, сдернув с головы шерстяную шапочку, будто намеренно демонстрируя проплешину, обожженную еще при их первой встрече, – извиняюсь за невежливое появление.

- Вот как? – мэги держала руки перед собой. Хороший фаерболл, настойчиво просившийся из пальцев, мог отшвырнуть гнома далеко на улицу, обратив его цветастый наряд в пепел.

- О чем желает он говорить? – спросил Голаф, поглаживая рукоять меча.