Мэги, о которой заговорят

Пришел, понимаешь, на рынок заработать сальд-другой, а тут мэги твоя со своим зверем. Прямо с неба – шлеп! Свалилась и кинулась на Бугета, как кошка огненная. Так и не вышло ничего заработать, - оборванец вздохнул и высвободился, косо посматривая на барда. – Сам сходи да и спроси у господина Бугета. Его ребята до полночи бегали, разбирались с этой твоей мэги. Ох и досталось ей, наверное, гринхов, по самую макушку! Господин Бугет обид не прощает, это всем известно. Хоть мэги, хоть гилена высокородная – найдет способ, как милость вернуть.

Леос отстранил лопочущего нищего и быстро направился к двери.

- Эй, парень, хоть пару шилдов дай. Выпью за твое здоровье! – крикнул тот вслед. – И за девицу твою выпью!

- Прости, сам без монеты, - пробормотал Леос и поднялся на улицу.

Он шел к Варгиеву рынку, почти не замечая ничего вокруг. Перед глазами стояла гномья ухмылка Кирима, и господин Бугет перебирал короткими толстыми пальцами завязки кошелька.

- Убьют ведь, наверняка убьют, - приговаривал бард, переставляя ноги к рыночной площади.

Затянувшаяся рана на животе мучительно ныла, будто в ней опять поворачивал кто-то острое лезвие. Он налетел на девушку в узкой бархатной котте, пошел дальше, а девица осталась стоять посреди улицы, испуганно глядя вслед прохожему с таким бледным и страшным лицом, какое бывает только у живого трупа. Когда бард исчез за поворотом, она побежала домой, задыхаясь и торопясь рассказать, что опять мертвяки выходят из склепов, да теперь уже разгуливают по городу, не пугаясь ни света дня, ни жаркого взора богов.

* * *

- Давай вернемся, Голаф! – потребовала Астра, остановившись и потянув рейнджера за рукав. – Я не могла ошибиться. Вот как хочешь, но не дура я! И мне мерещится никак не может.

- Госпожа Пэй, если вам средь дня видятся на улице ожившие покойники, то как это называть? Не может здесь быть барда. Разве только его душа, - франкиец недовольно повернулся к рыночной площади, где скрылся в толчее возле овощных прилавков человек чем-то похожий на Леоса.

– Ну, хочешь, давай вернемся, чтобы ты меня ни в чем потом не винила.

- Поздно уже, - сказала с крайним сожалением мэги, глядя, как знакомая до слез фигура затерялась в огромной беспокойной толпе. – Поздно. Нужно было догнать его сразу. Пошли, - больше не озираясь, она направилась к кварталу Анекора, где было малолюдно и тихо. Впереди пышные каштаны бросали на мостовую тени, ухоженные имения окружали небольшие садики.