Последний Сеанс

«Класс, – подумал он, – хоть немного адреналину хватанём…»

Тима расплывался в улыбке, в предвкушении увидеть кого-то необычного – странного доктора или огромного санитара всего в кровище, или услышать что-то, чего не услышишь в других обстоятельствах. Исходя из его желаний, судьба полностью попыталась его удовлетворить, даже с лихвой. Как говорится: «Просили? Получите!» А вот Лора совсем расстроилась, не ожидая никого тут встречать и видеть. Вообще идея такой экскурсии ей сразу не понравилась, но, видя азарт и страсть в глазах своего любимого, она согласилась и поддержала его глупую и безумную затею.

Сейчас она поняла, что затея ещё к тому же стала и опасной.

Отреагировав на голоса, доносившиеся откуда-то из-за угла, как им показалось, они расположились прямо в «первом ряду». Отсюда им хорошо было видно крыльцо дома. Голоса становились громче. И вот появились силуэты нескольких людей. Сначала было неясно, но потом стало отчётливо видно двух мужчин, несущих носилки. В носилках была куча тряпья, одеял, одежды, в общем, хлам, сваленный как попало.

Через мгновенье мужчины остановились и просто швырнули груз на землю. Тот, что был крупнее, выругался и достал сигарету из кармана телогрейки.

– Слышь, Урод, есть предложение, давай, пока мы не спустились к Громиле, глянем хорошенько, что у нашей подруги за ценности имеются. А, что скажешь?

– Я – за! С ним потом не договоришься. Один хрен они ему не нужны. Кому он их покажет, тараканам?

– Ага, га-га-га, больше некому. А может, он гостям хвастается или Психу – хрен его знает.

А бабки ему зачем? Сидит там у себя в норе, не дымит, не бухает, может, у него мадам есть?

– Ну да. Псих – вот кто его мадам, или наоборот. Может, он – мадам?

– Очень похож. Хотя, петухи разные бывают, бу-га-га.

– А тебе почём знать, а, Урод? Знаком, что ли?

– Да пошел ты. Фильтруй, понял?

– Ну ладно, мужчина, не обижайся.

– Я не обижаюсь, слышь, ты куда клонишь? Ты притомил, Монгол! Где её сумка?

– Давай бабки поделим и что там ещё? А Громиле косметичку подгоним, пусть по ночам красится, крот грёбаный.

Тут Тима перестал улыбаться. Урод склонился над носилками и стал копошиться в груде тряпок, раскидывая их в стороны. Отбрасывая одну за другой, он добрался до сумки, сделал несколько шагов в сторону и вывернул из неё всё на крышку канализационного люка. Пока эти оба копались в чьих-то личных вещах, Тима с Лорой пришли в ужас, увидев, что под тряпками и ветошью лежит тело человека. На носилках лежала Яна.