Печать правосудия. Том 3

Горящий снаряд попал в мишень и разорвал её на ошмётки, выбросив в воздух небольшой взрывной гриб. Показалось, будто на несколько секунд из-за нависших облаков выглянуло солнце и осветило территорию. Ветер принёс тёплый воздух.

- Нужна новая мишень, дядя! - крикнул Тао.

- Сделаем! - ответил Пастух.

- Охренеть…

- Я же тебе говорил, - сказал Фигель.

В горле у меня встал ком. Мальчишка непонятно какого возраста, но на вид лет тринадцати обладал невероятной силой. Если он в таком возрасте играючи управлялся со своей способностью, то что будет дальше?

- Кхе-кхе! - покашлял я.

- А вы не могли ему какое-нибудь более миролюбивое занятие придумать?

- А что?

- Да ничего такого… Мальчишка родился от психопата, убийцы и наркоторговца. Я убил его отца. И не без твоей помощи, Фигель! Может ему лучше краски дать или гитару?! Не думали? Уж лучше бы он всю морду мне гуашью изрисовал, чем…

- Это для охоты, - сказал Фигель. - Пастухов придумал.

- Какой ещё охоты?

- А ты думал - как мы его кормим?

Фигель посмотрел на меня.

Я уставился на него и пытался переварить услышанное.

- Пойдём, - Фигель поднялся.

Мы пошли за угол дома. Краем глаза я заметил, как Тао, потерявший интерес к догорающим щепкам мишени, взял топор и принялся что-то рубить. Зашибись! Теперь выпускать его из поля зрения или поворачиваться к нему спиной мне чертовски не хотелось.

Пастухов остался с Тао, а мы обошли дом. Фигель открыл дверь в подвал, впустил меня внутрь. Современная металлическая дверь с кодовым замком и системой сигнализации выглядела неуместно в проёме кирпичной стены.

Фигель набрал код, мы спустились. По ногам ударил холод. Воздух был сырым, а ещё воняло.

- Не пугайся, - сказал Фигель и включил свет.

Я отскочил к стене, выставил щит и занёс руку для удара. Это что за?!.. Буквально в метре от меня рычал и грыз железные прутья здоровенный волк. Он силился протиснуть пасть через решётки. На шерсти виднелись кровоподтёки, вырванные клочья, на правой передней лапе я заметил тугую повязку. Волк рычал и желал попробовать моего мяса, метался по клетке, разбрасывал слюни и прихрамывал, когда наступал на перевязанную лапу.

- Попал в капкан неделю назад, - спокойно сказал Фигель. - Лапа почти зажила.

Фигель прошёл вглубь помещения и нажал ещё один рубильник. Осветилась вторая половина подвала. Передо мной предстала самая настоящая лаба. Хотя нет, скорее контрабандистская лачуга. У дальней стены стояли стеллажи. От пола до потолка они были завалены добром.