Падший лев

Иоган дорого отдал, чтобы заполучить этого светлого эльфа в лаборатории Эрнегии – секретного подразделения Святой инквизиции, занимающегося различными биоразработками и опытно-исследовательскими направлениями во всевозможных областях. Такие вот узоры на коже, которые сами жители Светлого леса называли татуировками Совахана, очень бы даже не помешали его ассасинам, а они, по различным сведениям, обладали немалыми силами. Говорят, для создания одного такого тату верховному друиду приходилось год накапливать силы, поэтому вполне можно было предположить, что каждый из карателей «Серебряного лезвия» стоил крайне дорого.

До сих пор никому и никогда не удавалось взять эльфийского карателя живым, а у мертвого татуировки мгновенно теряли не только все магические свойства, но и даже непостижимым образом меняли свою структуру.

Еще удручало абсолютное надменное молчание эльфов. Их тут было почти три десятка, но они передвигались, словно тени, так что даже все магические способности Иогана не могли дать по ним точную картину.

Ни единого лишнего жеста, ни единого произнесенного звука. Только сам Тиан снисходил до общения с ним на языке слов. Проклятое высокомерие остроухих! Даже разговаривая с ним – вторым лицом в самой Святой Инквизиции – эльф разговаривал так, словно каждое его слово являлось огромным подарком для ничтожного человека. Впрочем, что ни говори, но уровень ментального общения в отряде был настолько высок, что казался просто недостижимым. Более того, Иоган сильно подозревал, что сама яркость и глубина такого общения при этом не шла ни в какое сравнение с той, что имелась у простых слов. Как, впрочем, и скорость. Нет, ментальный способ общения довольно широко использовался на всем Империале, но как правило, оставлял желать много лучшего и применялся лишь тогда, когда невозможно было общаться словами по тем или иным причинам. А вот каратели светлых эльфов словно ощущали весь отряд как единый организм и точно знали, где и что с кем происходит. Даже на большом расстоянии. Иоган в этом не сомневался. С некоторым раздражением он вынужден был признать, что его ассасины – спецназ Святой Инквизиции – проигрывают им в очень многих отношениях. Пожалуй, все, кроме его личной охраны, находившейся здесь. Хотя об этом высокомерные дети леса видимо даже не подозревают. И это хорошо. Пусть думают, что они лучшие и намного превосходят людей.

Иоган почувствовал легкий мысленный сигнал, сообщивший ему о возвращении посланной вперед разведки эльфов.