Книга 2. Том 2. Новые горизонты.

Если это не твоя тетка, то я – китайский император!

– Ты не китайский император, – со вздохом муж вылез из машины и клюнул меня в щечку, – ты моя любимая жена.

Я вспомнила про недоделанные бутерброды и бросилась за ним. В большой пластиковый контейнер вмещалось восемь стандартных бутербродов, по четыре на каждом поддончике. Разрезая ветчину на тонкие удобные ломтики и пропитывая хлеб соусом, я безуспешно боролась с любопытством. Сашин голос снова гремел по гостиной на повышенных тонах, следовательно, старшие Дивногорские так и не успокоились.

Конечно, понятное дело, такая возможность потеряна!.. Красная рыба горячего копчения никак не желала разрезаться на ровные пластинки, рассыпаясь даже под специальным ножом на кусочки. Достав из холодильника салат «Айсберг», прослоила каждый бутерброд его листьями, завернула в пленку и плотно набила контейнер. Долила в термос кипятка к заварке, щедро выдавила лимона и добавила сахара. Все, питание собрано! С сумкой в руках заглянула в гостиную. Саша кивнул и жестом дал понять, что уже закругляется.

– Знаешь, – начал разговор Саша, выруливая на трассу, – они совершенно не успокоились.

– Я это поняла, едва услышала ее голос. Что им было нужно на этот раз?

– Пыталась убедить меня встретиться с ними и для этого приехать в Москву.

– Во как! Встретиться надо им, а приезжать в другой город тебе?

– Наверно, на своей территории им кажется надежнее…

– Возможно. О чем они хотят поговорить, она сказала?

– Долго плела дипломатическую чепуху, из которой трудно что-то вынести, но я так понял, что они решили восстановить родственные связи.

Типа, гости, пироги, семейные посиделки…

– Интересно, как можно восстановить то, чего не было? Особенно после суда и визита коллекторов. Кстати, про коллекторов ты у нее спросил?

– А как же, – муж усмехнулся, – понесла откровенную пургу «я не я и морда не моя». Типа, что это была инициатива адвоката и прочие глупости. Я не понимаю, они что, считают меня полным дебилом?

– Ну, твои родственники всяко действуют умнее и… цивилизованнее, что ли? – чем Петрова с Романскими тогда.

Саша подумал и кивнул.

– Пусть хоть на уши встают, хоть по Красной площади нагишом бегают – мне они не родня!

– Это твое право, – осторожно погладила его по плечу, – жаль, что они этого не понимают.

Саша молча управлял «Джипом».

– Знаешь, я думаю, все эти годы они подсознательно ожидали, что когда-нибудь я приползу к ним, нищий, сирый и убогий, и буду умолять их взять меня к себе жить.