Книга 2. Том 2. Новые горизонты.

Если там другой животный мир, то почему бы не быть другим минералам? Вдруг мы наткнемся на какие-нибудь новые полезные ископаемые?

– Хочешь стать по совместительству еще и геологом? – Саша улегся на койку.

– Ну, каким-никаким биологом же стала? Так чего бояться?

Я покопалась в рюкзаке и достала лупу:

– А еще я хотела бы собрать гербарий… Вячеслав Сидорович будет в восторге!

– Это кто такой?

– Он в Универе ботаникой занимается и как раз наши морские кочаны исследует.

– А-а, понятно.

От разглядывания через лупу камешков меня отвлекли громкие голоса на улице.

– Что там такое?!

Я метнулась к окну:

– Народ засуетился и бежит к воротам… идем?!

И поспешила наружу, пока Саша не запер меня в домике в целях безопасности. Накидывая на ходу куртку, кинулась к пробегавшему мимо Вадику:

– Что стряслось?

– Красная тревога! В арсенал за стволом и к воротам!

Саше, выскочившему за мной следом, погрозила пальцем:

– Даже не надейся, я с вами! Я Сталкер, или погулять вышла?!

– Ну идем уж, сталкер, – вздохнул муж, – но чтобы не высовывалась!

– Уговорил.

Мы сбегали до арсенала и получили по автомату, а потом поспешили на стену. Зрелище по ту сторону ворот впечатляло: куча народу с видеокамерами в эмблемах каналов, два автобуса чуть в отдалении со спутниковыми тарелками, а впереди, словно крейсер «Аврора», бульдозер. Бульдозер-то им зачем?! Они что, решили использовать его как таран? В ступоре я рассматривала разворачивающийся подо мной цирк и чувствовала себя толи илионцем на стенах Трои, толи зрителем в театре абсурда.

– Антон Игнатович, что тут происходит? Нас спутали с павильоном «Ленфильма»?

– Думаю, нас хотят лишить ворот и снять все это на камеры.

– Зачем?!

– Понятия не имею. Я на всякий случай поставил в известность и милицию, и Главный Совет Братства, а пока будем отбиваться, как сумеем. Ага, вон, кажется, парламентер, – полковник ткнул трубкой вниз.

Я повернулась. Действительно, вперед всех операторов и бульдозера вышел человек с мегафоном. Саша присмотрелся:

– Что-то рожа у него ненашенская…

– Угу, – я кивнула и поправила ремень автомата, – и одет как-то так… слишком фирменно.

Парламентер приосанился и поднял свой рупор:

– Э-ээ… мы хотьим… ээ… попасть… внутрь!

– Он иностранец? – впрочем, не расслышать акцент было невозможно.

– Похоже на то.