Посланник Хаоса

— Думаю в них недостаточно было веры, слишком много греховных деяний и мыслей они таили в себе, — ответил фон Фейхтванген, и словно снял с языка догадку Якоба. — Всё равно они сослужили службу, дали правильный ход вещам. Я буду молиться о них каждый день, — верховный опустил подбородок на грудь и тяжко вздохнул, словно сказанное было ему не по душе.

— Но ведь кто-то воскрес, как и я. Что с ними случилось? Неужели главный экзорцист решил, что они одержимы демонами? — Якоб озвучил вопрос, не дававший ему покоя последние несколько дней.

— Якоб, ты должен понимать, что порой воскрешение не всегда богоугодное дело. Зачем оставлять в живых того, чьё сердце по-прежнему наполнено пороками? Подумай об этом, пока будешь добираться в Ригу.

Якоб с двумя попутчиками купцами выехал на рассвете. Небольшая охрана из четырёх пеших крестоносцев, скорее нервировала, чем вызывала спокойствие.

Солнце сияло, как предзнаменование, бросая зловещий свет на горизонт. Дорога впереди казалась темной и несущей угрозу, как дремучий лес, наполненный варварами.

К вечеру решили сделать привал, остановиться в придорожной таверне в селе по пути. Якоб сел за один стол с купцами. Охрана расположилась по двое в разных углах зала, чтобы излишне не привлекать внимание. Местные не сильно жаловали крестоносцев, всё ещё помня своих богов и вольные времена.

Народу было не так много, в основном проезжие путники, как они.

За столиком рядом, Якоб приметил подвыпившую троицу, явно не из торговых людей. Говорили не громко, обсуждали Рижского епископа и учиняемые им поборы. Двое был явно были местные, а вот третий, скрывавший лицо капюшоном, не понравился сразу. Якоб уловил немецкий акцент, как не старался говоривший походить на ливов.

— Говорю тебе, я видел это. Дева в боевых доспехах и с соколом на руке спустилась с небес. Она карала всех и литовцев, и куршей, и эстов. Многие крестоносцы также погибли от её руки.

— Врешь, не может быть такого, — один из сидящих стукнул кулаком по столу.

— Клянусь, я там был, сам чуть голову не сложил. До сих пор раны от огня не зажили, — рассказавший истово перекрестился.

— Чем докажешь? — продолжал упрямиться второй.

Рассказчик слегка откинул капюшон и на мгновение показал бритый череп с большим красным шрамом на голове.