Посланник Хаоса

— О, Мишаня очнулся, — Касабланка протянул стакан воды.

— Хрена ты меня приложил, — я нажал на уголки челюстей и с хрустом вставил их на место.

— Кто-то слишком назойливо лез целоваться. Зачем моим путам противился? Не любишь музыку, песни и танцы?

— Всё я люблю, только в подходящее время и в подходящем месте.

— А чем мои чертоги тебя не устраивают?

— Душно тут и помоями пахнет.

— Ты не наговаривай, отродясь в моём доме грязи не было. А пахнет твоей блевотиной на одежде, да в портале. Зеркала мне все испачкал.

Вымывать за тобой заколебусь потом. Слаб ты на желудок, как я посмотрю.

— А я не напрашивался в гости, — с вызовом сказал я, — Сами позвали, да ещё псами боевыми затравили.

Касабланка поднялся со стула, подошел к барному столику, налил сока в стакан и, медленно потягивая, стал изучать меня. Его взгляд расплющивал, щупальцами вынимал остатки разума из головы, выжимал как половую тряпку, бросал на пол, растаптывал, повторял всё сначала.

В молчании я осмотрел одежду – зловонную подливу из коровьих лепёшек.

Видимо, когда от боли выл, всё вылезало наружу. Вот такой я плохиш – замазал стерильное помещение.

— Ну ты и урод, — взглядом я поискал в комнате особо ценный и тяжёлый предмет. Кроме гитары ничего лучшего не приметил.

«Только попробуй взять мою гитару, сразу псам скормлю».

Я мотнул головой, чтобы избавиться от наваждения.

— Это не я. Мои волкопсы тебя бы сразу сожрали. Есть постоянно хотят, а мясо ныне дорогое, — прервал молчание Касабланка.

— Иди в ванную, приведи себя в порядок. Чистый халат и полотенце возьмешь в шкафчике. Вернешься, поговорим.

Я заложил одежду в стиралку, принял душ.

Когда вытирался, смотрел в зеркало и поражался: куда делся солидный респектабельный мужчина с аккуратно постриженной бородой и модной прической? Вместо это на меня смотрел рыжий варвар с черными кругами под глазами, с ссадиной на левой щеке.

Глаза: серые.

Я прислушался к себе: хочу ли убежать из этого места или остаться? Дать по голове мужику гитарой и дело с концом.

Я буду несказанно рад – конец неприятностям.

Глаза стали наливаться синим свинцом – врешь, ты этого не хочешь. Ты хочешь узнать, что за перец тебя похитил, и что ему нужно. Радужка поменяла цвет на зелёный.

А ведь тебе всё равно ссыкотно, ты внутренне боишься этого разговора.

Карий цвет залил радужку.

Я проморгался, умылся холодной водой. Глаза стали эмоционально-нейтральными –серыми.