Посланник Хаоса

Задумал я устроить в замке водяную обогревательную систему, а не переводить дрова в каминах.

— Хочешь разорить городских лесорубов?

— Я хочу внедрить новые технологии. Шестнадцатый век на дворе, а где-то до сих пор народ бегает в звериных шкурах по лесам.

— Так может это рыцари в вервольфов оборачиваются или местные в вилкацисов — клады ищут. Осень – пора оборотней.

— Об оборотнях потом. У нас есть дела поважнее. Генрих совсем с ума спятил.

Я вскочил от неожиданности:

— Генрих, он тоже здесь?

— Ага, собственной персоной, семьдесят лет с гаком.

Почему-то я не удивился. Генрих по натуре всегда был воином, своё брал силой, где надо нагибал людей, забирал власть в руки, где она плохо лежала. Иметь такого в противниках чревато. Похоже он тут решил поиграть в солдатиков.

— Генрих совсем сбрендил? — я с тревогой посмотрел на Джона.

— Сбрендил не сбрендил, а Пруссию и Готланд он уже захватил. Сейчас готовим поход на литовцев и поляков, отстаивать территориальный суверенитет.

Я схватился за голову – похоже тёмная сторона Генриха взяла вверх.

— Откуда у вас столько войск. Нужно иметь много золота, чтобы содержать такую армию.

— Всё дело в технологиях брат. Вот ты решил продать их арабам, вышло не очень. А Генрих семьдесят лет готовился к войне. Пойдем, я тебя кое-что покажу.

Я встал мы спустились по лестнице, Джон открыл двери, и мы вошли в большой зал на первом этаже.

Джон помахал свечным фонарем. Я увидел сотни две кроватей с лежащими на них братьями ордена. Они мирно спали на спине, едва заметно дышали.

Джон подошел к одной из коек и позвал меня. Я подошел. Лицо монаха было неестественно пепельно-бледным, лысый череп, большие уши, нос с небольшой горбинкой. Рядом с кроватью на стене была закреплена шарообразная колба с мутноватой красной жидкостью. В рот спящего из колбы шла трубка – так он вдыхал пары жидкости.

— Что это? — не понял я, какое-то лекарство.

Джон не стал отвечать, развернулся к другой койке и посветил фонарём:

— Смотри сюда.

На соседней койке тоже лежал человек с трубкой во рту, тоже лысый и непропорционально большими ушами. Джон подошел к следующей койке и опять посветил фонарём на спящего. Человек был точная копия предыдущих.

Джон подходил к каждой койке и заставлял смотреть меня на спящих братьев.