Посланник Хаоса

Сделал шаг вперед, и завалился спиной в кусты – они сдержали моё падение.

— Ха-ха, ты дурак, Майкл, — раздался знакомый голос. Я не видел говорящего, но по интонациям – это точно не голос Касабланки.

— Кто ты? Покажись? — рассвирепел я.

В ответ меня лишь толкнули концом палки в грудь, сбили дыхание.

В глазах по-прежнему скакали зайчики, меня дубасили со всех сторон, и мерзко смеялись.

Я слабо отбивался, пытался поймать направление ударов и ритм. Включил инфернальное зрение, растворился в пустоте, обнажив как можно сильнее чувства.

Вот колебание воздуха идёт справа, а слева я слышу, едва заметный свит шеста. Я наклонил туловище вперед – палка пролетела над головой. Сейчас последует, обратный удар, сверху, слегка наискосок по голове.

Я дёрнулся вперёд. Ударил головой нападавшего в грудь. Перехватил левой рукой палку, мгновенно обнажил ятаган, и ударил противника в район кисти по пальцам.

В правое ухо я поймал ужасный вопль боли. Человек упал и с воем стал кататься по земле.

Не бренчать тебе больше на гитаре, Касабланка!

Я стоял, опираясь на куст.

Боль от ударов понемногу отпускала, я приходил в себя. Наконец, решил открыть глаза.

Добить или не добить Касабланку? Хватит ему отрубленных пальцев или пырнуть ещё куда-нибудь.

Я разомкнул веки.

— Блюмбо? Какого хера? Что ты тут делаешь?

— Идиот, ты отхватил мне два пальца, калекой сделал, — промычал второй по главенству после Джона братец.

Я бросился к Блюмбо, оторвал полу от плаща, стал перевязывать ему руку.

— Решил пошутить? Какого чёрта ты бил меня палкой? Где Касабланка.

— Он там, где ему и место – в домике.

— А что ты тут делаешь?

— Решил взять власть в свои руки. Смотрю тут Джон с Генрихом натворили делов, решили переписать ход истории в свою пользу.

— Так ты не лучше, зачем людей под контроль взял, нехорошие мысли внушил?

Блюмбо раскрыл рот, хотел съязвить, но промолчал, скорчившись от боли.

Не знаю, любил ли кто-нибудь из моих братьев Ригу, как я. Но Блюмбо точно относился к ней без должного уважения.

Зачем ему постоянно недовольные горожане? Когда весь город можно по новой заселить шведами или датчанами, пригласить литвинов погостить.

Я встал, поднял Блюмбо за шиворот.

— Руку раненую вверх подыми. Надо чтобы кровь остановилась.

Блюмбо безропотно подчинился. Он знал – мой тон не предвещал ничего хорошего. Будет перечить, выну ятаган и всуну по самую рукоять в зад.

— Теперь пошли.

— Куда? — решил побрыкаться напоследок Блюмбо.