Вознесение

За столь короткий промежуток времени прозвучало немало песен, то на знакомых Зерду языках, то на совершенно непонятных. Публика тоже была удивлена языковым познаниям парня. И когда наконец наступила глубокая ночь, Зерд решил выйти освежиться, ведь в кабаке лишь от стойкого запаха алкоголя можно было почувствовать себя пьяным. Впрочем, Зерд не пьянел.

Он вышел, сел на лавочку и начал осматривать всё вокруг. Ночь была темна, хоть глаз выколи. Впрочем, об этом можно было догадаться и ранее по тучам, что нависли над городом.

Зерд был в приятном умиротворении. Вскоре после него выбежал и Виселис, еле сдерживая рвотные позывы. Тошнота стала именно той причиной, по которой не стоило много пить. Как только с этим инцидентом было покончено, он выпрямился и вдохнул воздух полной грудью. Зерд примерно понимал это по его белоснежной прическе и ванильного цвета рубахе.

-Как ты попал сюда?- неожиданно для Зерда спросил Виселис.

-Пришел помочь горожанам с их проблемой.

-Аа, с этим деревом?

-Да.

-И как успехи?

-Мягко говоря, не очень.

-Никогда раньше не сталкивался с проклятиями земли?

-Ни с какими не сталкивался.

-А что пробовал тогда?

-Предпочитаю не распылятся о своих методах.

-Ууу, запах тайны...

Наступило молчание. Думать и говорить было не о чем.

-Интересный момент. Приходит человек в городок, не «распыляется о своих методах», да еще и не выражает заинтересованности ни в одной песне из тех, что я исполнил, а я исполнил много хороших песен. Может ты и есть тот человек, что проклял это дерево, и мне стоит тебя убить?

Зерд усмехнулся

-Так прокляли само дерево? А я думал именно землю.

Впрочем, это мне ничего не даёт. А с убийством интересно ты придумал.

Виселис оперся на стену трактира, скрестил руки на груди, Зерд кожей почувствовал на себе его острый взгляд. Так продолжалось недолго, после артист все же заговорил:

-Ладно, пошли к нему сейчас!

Глаза его загорелись(в прямом смысле слова!) и он, покачиваясь, пошел в сторону проклятого древа.

Зерд последовал его примеру. Пока они шли, Зерд успел поскользнуться раза четыре, то и дело проваливаясь в норы и болота. Вопросов к пареньку с лирой было много, ответов же совершенно не было.

В итоге они дошли, и Виселис встал в позу исполнителя. Зерд же смотрел на это всё с непониманием. Затем заиграла мелодия. Она совершенно отличалась от тех, что исполнялись в трактире. Она была размеренной, спокойной, мелодичной и, будто бы, волшебной.