Тысячеликий. Часть первая: Песнь нефилимы

Отойдя в сторону, Сероглазый призвал из фиолетовой биджи Двурфов-Проходчиков. Перед ним появилось пять черных от налипшей грязи карликов в пыльных металлических рабочих касках и тощий, весь облепленный колтунами, осел, запряженный в большую деревянную телегу. Осел громко завопил, но тут же, получив сильный пинок по филейной части от самого коренастого двурфа, замолчал, испуганно поджав хвост. На тележке двурфов лежало всевозможное "добро": ведра, бочки, лопаты, кирки, старые фонари, кухонная утварь с засохшим и заплесневелым жиром по краям, засаленные веревки и еще груда различного и малопонятного Сероглазому хлама.

Карлики, как один стукнули кулаком по каскам, приветствуя хозяина.

— Кварг! — Сероглазый обратился к ближайшему двурфу. — На той поляне трупы. Выройте яму поглубже и сбросьте туда останки. Может их тела принесут хоть какую-то пользу этому миру. Двоих пошли к вон тому овражку за водой. Пусть наполняют бочки и все бурдюки, которые найдутся. Как закончите — доложишь. На все у вас час.

— Слушаюсь, хозяин, — стукнув себе по каске, пробасил коренастый карлик и, повернувшись к команде, принялся раздавать указания на гортанном, лающем низшем наречии.

Аборигены тем временем, не обращая внимания на мясо, принялись сооружать высокий костер невдалеке от сруба. Закончив, они бережно вынесли трупы своих соплеменников и уложили поверх бревен. Мужчины опустились на колени и, обнявшись, принялись медленно раскачиваться в стороны, затягивая грустную прощальную песнь.

Сероглазый, оставив аборигенов наедине с их ритуальными плясками и подвываниями, отошел за сруб, где быстро снял с себя доспехи и грязную походную одежду, оставшись лишь в качхе — коротких матерчатых штанах.

Присев на камень в ожидании, когда двурфы натаскают в бочку воды, Сероглазый достал из лежащего на земле хитона небольшую баночку с густой мазью и принялся акуратно втирать вонючую субстанцию в левую руку. Зеленые, дурно пахнущие трещины уже добрались до плеча и через несколько эр перекинутся на грудь, распространяя проклятье блика все дальше. Мазь же, купленная за баснословные деньги у Пространственного Торговца — целых сто матр звездной пыли! — помогала хоть немного отсрочить распространение заразы. А еще она могла притупить ноющую боль и скрыть вонь гниющей плоти на ближайшие пол дня. Мазь, зашипев, моментально растворилась в ранах, которые тут же затянулись, оставив после себя лишь коричневые рубцы.

Завершив процедуру, Сероглазый быстро осмотрел свое испещренное шрамами тело.