Шестое действие

Контрабандой его интересы никогда не исчерпывались. Другие, наоборот, полагали, что Прокоп с возрастом теряет хватку и удалился, пока его не сожрали конкуренты. И только Анкрен, пожалуй, догадывалась об истинной причине.

Прозвище Волчья Пасть Гейстер получил не за душевные качества. Его лицо с детства было изуродовано волчанкой. И выжил он потому, что появился на свет в благословенные довоенные времена, когда денег в Эрде водилось достаточно, а у матерей хватало времени и сил выхаживать даже увечных детей.

А потом… в кругах, где вращался Прокоп, мужчина считался мужчиной, если мог прикончить противника, переспать с бабой и в кошельке у него звенело – пусть даже он горбатый, кривой, прокаженный или вовсе безногий. Прокоп Волчья Пасть пользовался полным уважением, и никто не догадывался, что он страдает из-за своего уродства. Анкрен тоже, пока однажды уже здесь, в замке, Прокоп, будучи крепко пьян, не сказал ей:

– И зачем тебе этот Дар? К чему личность переменять, когда у тебя рожа и так чистая? Прожила бы как-нибудь.

Несправедливо это. Вот если бы тому, кому оно взаправду нужно…

Тогда она поняла, что Прокоп убрался сюда затем, что здесь его видит меньше народа и в безумной местной обстановке его наружность не так бросается в глаза.

Анкрен не подала виду, что запомнила его слова, Прокоп тоже никогда не возвращался к этому разговору. А нынешней весной, еще до Пасхи, она, наведавшись в Бодварский замок, услышала:

– Ищет тебя один человек.

То есть не тебя, а кого-нибудь с твоим талантом. Я не знал, где тебя носит, и поэтому холуя его в Свантер перенаправил. Ты знаешь, с кем там встретиться…

Она последовала совету Прокопа… и все закончилось нападением в Аллеве.

Зависть к умению как угодно изменять свой внешний вид – могла ли она служить достаточным основанием для предательства?

Анкрен пока не знала, как вытрясет из Прокопа признание. В одном она была уверена: угрожать Волчьей Пасти не станет. Этим от старика ничего не добьешься.

Он такого в жизни навидался, что ни ножа, ни пули не боялся.

Навидался… Это мысль. Вот где его слабость… соблазн видимости. Анкрен не любила тратить свой Дар без особой надобности, но, может, стоит показать Прокопу что-нибудь этакое… поиграть с его внешним видом?

Во всем остальном она полагалась на вдохновение.

За размышлениями она успела подняться на вершину замковой горы и оказалась перед распахнутыми створками ворот.