Граф Булгаков. Том 2: Золотая Жила

Это честная сделка, которая не несет урона вашей чести. Если вы согласитесь продать нам особняк, мы не только дадим за него хорошую компенсацию, но и поможем найти новое жилище, которое станет достойной заменой. И самое главное — вы обезопасите себя от тех, кто хотел бы причинить вам вред.

Она улыбнулась, наклонилась вперед и доверительно взяла меня за руку, ее глаза светились искренностью.

— Я обещаю вам, господин хороший, что мы будем относиться к вашему дому с величайшим уважением и заботой. Как к собственному родовому особняку.

— Нет, сударыня, — я улыбнулся ей и освободил свою руку из ее нежных пальчиков. — Я не продам дом ни за какие деньги. По крайней мере пока не узнаю, зачем он так нужен моим недругам.

— Нам это тоже весьма интересно, — кивнула девушка. — Возможно, мы бы смогли выяснить эту тайну вместе...

— Если вам больше нечего сказать, то давайте не будем понапрасну тратить время друг друга, — разговор стал мне надоедать.

Улыбка исчезла с её лица. Искры искренности в глазах погасли.

— Вы уверены, виконт? — сказала она. — Это ведь не шутки, вам и вашим близким угрожает серьезная опасность. У вас есть младшая сестра. Подумали ли вы о ней?

Ох уж эти добрые люди, которые так беспокояться за нас и желают любой ценой нам помочь...

— Поверьте, я способен защитить своих близких, — я очаровательно улыбнулся ей. — Не смею больше вас задерживать.

Она поджала губы и резко встала. Её упругая грудь колыхнулась перед моим лицом.

— Я свяжусь с вами через неделю, виконт. Если вдруг вы передумаете.

— Не тратьте время, — сказал я. — Мое решение не изменится.

— Посмотрим.

Она развернулась к двери. Её ягодицы, натягивая материю черной юбки, плавно двигались из стороны в сторону.

И в этот момент из-под дивана снова показалось щупальце. Прежде, чем я успел что-либо сделать, оно изогнулось, словно кнут, и... наотмашь шлепнуло Риту прямо по упругой попке!

Девушка от неожиданности аж взвизгнула и подскочила.

Рита развернулась ко мне. Её глаза пылали гневом. Разумеется, она решила, что все произошедшее — моих рук дело.

— Что ты себе позволяешь? — в гневе закричала она. — Хам! Быдло!

— Это не... — начал было я, но кто ж там будет слушать мужские отмазки?

С размаху она влепила мне пощечину и быстро выбежала через дверь.