Граф Булгаков. Том 2: Золотая Жила

На других направлениях завал был слишком неустойчивый.

— Не волнуйтесь, княжна, ваши жизнь и здоровье в моих надежных розовых тентаклях, — успокоил я Светку, внимательно вглядываясь в полумрак впереди. Мне показалось, или среди обломков мелькнули какие-то огоньки? И вроде бы это не от свечения наших покровов.

— Это-то меня и волнует, — вздохнула Светка.

— Вам не нравятся мои тентакли?

— Ваши не нравятся!

— То есть не нравятся только конкретно мои, а так в целом окей?

— Р-р-р-р! — Светка положила мне руки на шею и начала меня душить.

— Княжна... полегче... — захрипел я. — Мне воздуха не хватает...

— Вот и хорошо!

К счастью, впереди я разглядел контуры некоего большого помещения. Пробираясь через завал, мы приблизились к нему уже довольно близко. Осталось лишь совсем чуть-чуть докопать.

Я был спасен. Мое удушение откладывалось на неопределенный срок.

Мы с княжной выползли из-под обломков и оказались на тускло освещенной, разрушенной подземной парковке.

Пока я оглядывался по сторонам, Светка быстро отряхнула свою уже изрядно потрепанную кадетскую форму.

Решив немного разрядить обстановку, я задумчиво сказал:

— Я всегда мечтал о свидании на постапокалиптической парковке. Мечты сбываются, княжна?

Светлана хмыкнула.

— В точку, виконт. К сожалению, сбываются пока только ваши мечты...

— А о чем мечтает княжна?

— О том, чтобы у неё в руках сейчас оказалась лопата!

— Грядки копать?

— Да. Вскопать кое-кому пару грядок.

Подземная парковка являла собой огромное, пустынное пространство. Тускло освещенная территория была погружена во тьму, лишь несколько мерцающих верхних фонарей отбрасывали жуткие тени на разбитые автомобили и массивные горы обломков.

Повсюду я видел машины, искореженные и раздавленные, словно разбросанные невидимой силой. Иные авто лежали друг на друге, их рамы сцепились вместе в гротескной артхаусной композиции. Запахи бензина и жженой резины наполняли затхлый воздух.

Бетонные столбы, некогда крепкие и прочные, теперь выглядели плачевно. Некоторые были разрушенные, другие покрывала паутина трещин. В ряде мест на потолке огромные куски перекрытий обрушились, оставив после себя зияющие дыры. Сквозь них виднелись другие этажи наверху.

В глубоких впадинах на полу собрались лужи мутной воды, отражая редкие источники света. По полу, расчерченному белой разметкой, были разбросаны осколки стекла и куски бетона.