Куница Том 2

Дальнейшее изучение города, уже после его штурма, показало — накопленной силы было более чем достаточно, чтобы убить десятки миллионов, обрушь Хранитель Мёртвый эту силу на смертных. Однако этого не произошло. Одно из сильнейших существ своего пантеона не только отказалось выполнять желание своего фанатика, но даже не взяло предложенную силу.

Альберт на какое-то время задумался, что-то вспоминая, прежде чем продолжил.

— Третий Крестовый поход, Хасан ар-Дин Синан готовит прорыв демонической бездны в реальный мир. Остановить прорыв являются четыре аватара сущностей порядка.

А ведь с великой четвёркой был целый отряд, и кто знает, сколько среди спутников было аватаров иных существ, не желающих привлекать к себе внимания?

Профессор сосредоточил взгляд на Эмиле.

— Согласно теории Коха, моего родственника, существа иных планов поддерживают наш мир в определённом ведомом только им, равновесии. Много раз люди устраивали войны, большие и маленькие. И всегда маги взывали к иным планам, от жажды власти ли, или от отчаяния.

Но вмешательство иных сущностей всегда носила эпизодический, точечный характер. Чтобы потусторонний решился всерьёз менять реальный мир, в будущем должно случиться нечто сопоставимое. Нечто, что можно назвать катастрофой.

Шолль откинулся на спинку, задумавшись.

— Должен ли я понимать, что стоит рассматривать вернувшегося в прошлое, как аватара того, кто создал петлю?

Альберт улыбнулся.

— Почти наверняка.

Эмиль поднял взгляд, заглядывая прямо в глаза учёного.

— И не должен ли я рассматривать этого аватара, как того, кто катастрофу предотвратит?

Вескер кивнул:

— Именно так ты и должен о нём думать, мой друг.

В формате нашего воображаемого эксперимента, конечно же! — Альберт вновь улыбнулся в усы. — Есть и иная трактовка событий. Нельзя забывать, что создавший петлю вполне в силах её разрушить. Для иного существа действия собственного аватара могут быть таким же интеллектуальным экспериментом, как нас с тобой этот разговор. Создатель петли лишь смотрит, что будет. Что произойдёт. Чем всё закончиться, если повлиять на цепочку событий.

Такая формулировка нравилась Эмилю ещё меньше, чем первый вариант. Катастрофа? К сожалению, Шолль точно знал, что катастрофа неизбежна. Она произойдёт, происходила на его глазах. Война, что обескровила две самые могучие империи мира. Что будет после? Каким будет мир после победы? И не будет ли он настолько ужасен, что даже сущности иных планов захотят всё исправить?

— А что касается аватара.