Дни и ночи на "необитаемом" острове

По рассказам деда, в то время получившего поблизости участок под дачу, однажды власти решили облагородить обочины строящегося шоссе "зеленкой", чтобы дожди поменьше размывали основу дороги в нашей очень болотистой местности, да по ошибке чиновника заказали саженцев аж раз в тридцать больше необходимого. Положенный по норме посадки материал освоили, а остаток девать некуда, деревья все подвозят и подвозят ... В СССР план - все, не выполняешь - прощай, премия себе и подчиненным за ударный труд, и здравствуй, выговор с занесением в личное дело или еще чего похуже (разбазаривание народных средств “ломится”, как-никак).

Выбросить в помойку лишние саженцы тоже нельзя: так много деревьев на потери не спишешь, будут оргвыводы (в отличие от Россиянии в СССР с махинациями боролись). Выход нашел лесник. Он заполнил "материалом" предбанник большого местного леса. Поскольку саженцев было много, а места - пятачок, то пришлось сажать ствол к стволу без интервалов между ними. В результате полноценный бор тут не получился, но поросль не погибла, образовав густую и почти непролазную Сельву.

Поляна... Не знаю, специально ли не стали засаживать прогалину, окружив саженцами уже образовавшееся небольшое болотце, или часть молодых деревьев сгнила и утонула в накопившейся воде, образовав "окно", в котором стал расти сфагнум... Это место мы с двоюродным братом нашли в детстве, играя в “индейцев”. Небольшую лесную плешь защищают густые заросли - целый лабиринт тонких стволов и веток. Пролезая сюда в первый раз, мы изрядно порвали футболки и джинсы.

Зачем перли напролом сквозь “колючку”? Да не помню уже, взбрело что-то в голову – и вперед! И не зря: у нас появился тайник, куда сбегали "попробовать" украденные у отца сигареты, где устраивали "шашлыки" из бычков, пойманных в "поливном" пруду нашего садового товарищества, строили шалаш, мечтали...

Как-то брат оступился и плюхнулся в болотце, прямо в трясину. Я успел вовремя, и он не утонул, но к играм “в дикарей” охладел и перестал сюда ходить. Так место стало только моим.

Здорово тут, удивительно спокойно, легко. Уходит усталость, исчезает раздражение и досада, почему-то полностью пропадает боль... Хорошо лежать на траве на берегу или сидеть на пеньке от срубленного когда-то для постройки шалаша деревца вечером и смотреть, как небо после заката затягивает сумрак.

Закат догорает… Пора! Я бросаю последний взор на темнеющее небо, оглядываюсь, прощаясь с поляной. Шаг, еще шаг, еще... Меня медленно засасывает трясина.