Наследник стихий

Надо что-то предпринять - кричало сердце, а мозг холодно советовал не лезть не в свое дело, предоставив императору, с его воинами, разрешить этот конфликт и нападение.

- У вас всегда такой плотный график, господин Нэро? – Раздался за спиной мелодичный голос Рины.

- В последнее время на редкость загруженный, - признался я.

Повернувшись, я обнаружил ее сидящей на кровати в том пушистом белом халате, что принесла нам служанка. Она сидела, откинувшись немного назад, уперев руки в кровать, и закинула ногу на ногу, открывая при этом вид на упругое, тренированное, бедро.

Поза была крайне эффектная и красавица не просто знала это: откровенно пользовалась. Легкая улыбка уголками губ вишневого оттенка подтверждала правоту моих суждений. Шеад’Рад явно наслаждалась каскадом эмоций на моем лице.

- Чем это так сладко пахнет? - принюхался я, только что услышав новый для меня аромат.

Девушка встала, лишив меня прекрасного зрелища, и покачивая бедрами, подошла ко мне почти вплотную, так что между нами и ладонь бы не поместилась.

Затем, положив свои аккуратные ладошки мне на грудь, посмотрела на меня снизу вверх своими восточными карими глазами. Ярко красные письмена татуировок на щечках резко контрастировали с ее темной внешностью.

— Это благовония моего народа, - хитрая улыбка лисы, очаровательная и опасная, расцвела на прекрасном личике. – Используются для укрепления духа, тела и мужской силы.

Я поперхнулся и, кажется, стал краснеть, еще больше радуя своим видом воительницу. Она пахла степными травами, корицей и чем-то древесным.

Терпко-сладкое сочетание ароматов будоражило кровь, разжигало пламя голодного зверя внутри меня. Яркий контраст моего смущения и желания забавлял красавицу, и она продолжала дразнить, поглаживая руками мою грудь, плечи, все плотнее прижимаясь ко мне. Я явственно ощущал отдельные части ее прекрасного тела даже сквозь плотную белую ткань халата. У меня уже не оставалось сомнений – под ним не было абсолютно ничего.

- Господин устал и желает массаж? – Она так томно это произнесла, что мне стало еще жарче, а в помещении стало душно.

- Ты не обязана это делать только из-за своего обета службы, - просипел-прохрипел я, тщетно пытаясь найти порцию воздуха.

Воительница внезапно грозно посмотрела на меня, слегка отстранившись и запахивая халат плотнее.

- Дурак, - обиженно и гневно произнесла она, отвернувшись от меня. – Обет не предполагает плотских отношений.

Какой же я болван! Своими словами я фактически назвал Рину шлюхой.