Сын лекаря. Королевская кровь

Меня скоро хватятся. Хозяин послал, чтобы ловушки в сокровищницу насторожил и сигнализацию. И я это уже сделал, так что тебе ничего не светит, - ухмыльнулся пленник.

- Почему он этого сам не сделал? – спросил я, уже чувствуя, что ответ мне не понравится.

- Так он всегда так делает! - Даже если бы глаза моего собеседника не забегали, я бы не поверил. Я, конечно, не знал точно, сколько времени у меня заняло эпическое путешествие по канализационной трубе, но вряд ли мог ошибиться больше чем на пару часов. И по моим расчетам, сейчас была глубокая ночь.

Кто ходит в сокровищницу так поздно? И потом еще посылает охранника, закрывать двери, вместо того, чтобы это сделать самому?

- Ты так верен господину, что готов с жизнью расстаться ради его тайн? – я постарался улыбнуться как можно кровожаднее, и еще чуть приблизил острие кинжала к зрачку пленника.

Парень, сообразив, что его неуклюжая ложь меня не обманула, задергался, попытавшись отползти подальше от острия кинжала.

- Гости у хозяина были, - пробормотал он, видя, что я не собираюсь останавливаться.

– Он их в сокровищницу водил, отдал им что-то, дверь за собой закрыл, а ловушки не насторожил. Господин Зальц не доверяет посторонним, не хотел, чтобы увидели устройство. Меня отправил сразу, как они поднялись.

- Что за гости? Что он им отдал? – я был слишком взволнован, не сдержал волнения, и Игнатий мою нервозность явно заметил.

- А тебе зачем, мил человек? Ты ведь не вор, так? Тебе эта штука тоже нужна?

В этот момент я себя чувствовал хуже, чем час назад, когда брел по щиколотку в дерьме.

Бить ни в чем не повинного человека, угрожать ему, было омерзительно до тошноты. Нет, все-таки ремесло грабителя – не для меня. Хамелеон определенно действовал бы гораздо деликатнее. Однако рука у меня не дрогнула. Отвесив несколько ударов, я как можно более спокойным голосом пригрозил:

- Жалко мне тебя, парень. За чужие интересы калекой станешь. И куда ты потом без глаза и без пальцев на правой руке? В охрану уже не возьмут, сам понимаешь.

Так, на паперти только сидеть. Мне повторить вопрос, или начнем из тебя калеку делать?

- Не знаю я, что он им отдал, - выплюнул Игнатий. – Мне он не докладывает. Гости пришли днем, заперлись с хозяином в кабинете. Ругались, что-то требовали. Он сопротивлялся. В конце концов, согласился. Что за люди я тоже не знаю, мне не представлялись. Но говорят с таким же акцентом, как и ты и сам Зальц, так что вы, должно быть, соотечественники.