Чудовище

Затем нахально сел на кресло, развалился на нём, и буркнул демону:

— Ну?

Иван Семёнович... просто Иван Семёнович. Фамилии он часто менял. Призываемый, пятьдесят успешных призывов. И всё время просит продолжение жизни.

— Ув-важаемый, — заикнулся демон.

Начинал Иван Семёнович много лет назад, классический призыв для помощи. А потом был призван ещё раз, и ещё. И он поднаторел, а возраст ему не мешал. Использует магию и некромантию. Потом в раж вошёл, начал призывы с ограничениями проходить и с дополнительными условиями.

— Я обещал за три дня закончить? Обещал. Давай. — сказал Старик и хлебнул ещё дварфского алкоголя.

Вот же ведь сумасшедший. Поспорил с Белой Девой, что закончит заказ за три дня. Начав практически без сил. И ведь закончил ведь. Да так, что теперь в Небесной Тверди волком воют.

— Уважаемый — заискивающе сказал демон. Всё-таки сейчас Призываемый намного его сильнее. Обидится и развоплотит к чертям. То есть в ничто. — Вы снова будете просить продление жизни? Нам становится всё сложнее вмешиваться в ваш мир, так как ваш текущий, хм, возраст, намного выше привычного.

Ну да, старик несколько сотен лет отроду создаёт определённые бюрократические проблемы...

— И вам уже давали предложение вознестись, вакансии свободные есть... — пытался подбросить идею Каррас. Вредный старикашка мог бы сидеть сейчас в Тверди и трескать амброзию. Но вот не хочет.

— Не хочу. Рано. — отрезал Старик.

— Рано? — удивился Каррас.

— Ваши лучше б не отсыпали годов жизни по десятку лет назад, а дали бы мне жить, пока не надоест. А там глядишь и пойду к вам.

Каррас задумался. Собственно, а почему бы и нет, всё лучше, чем с этим чудовищем снова встречаться.

— Я позвоню. И проконсультируюсь. — задумчиво сказал Демон.

***

Земля

Иван Семёнович встал, с отвращением посмотрев на мокрую от разлитого чая рубашку. Снял её и положил в ванную. Сходил в туалет за шваброй и, покряхтывая, вытер разлитый чай на полу.

Он посмотрел на настенные часы, и пошёл собираться. Оделся по-уличному. Надел привычную кепочку. А перед уходом снял со стены фотографию. Любовно посмотрел на неё, смахнул пыль и повесил назад на стену. Взял трость-палочку, и вышел на улицу.

Как всегда, сел на свою привычную скамейку и стал ждать. Ждать, столько, сколько потребуется.

Времени у него было предостаточно.