Заклиная Печати. Аномалия времени

— Быстро снимайте одежду и в топку! — забегал я, глядя на стражников у ворот и принялся снимать шмотки с себя.

В нас тыкали пальцами, словно на какую-то диковинку.

— Куда это мы попали? — принялся крутиться вокруг Тенесси.

— Не туда, куда должны были.— посетовал Грандэ, хмуро оглядываясь.

— Твоя вечно грустная мина ни капельки не помогает. — сказал я.

— Ты меня в камень превратил, губы до сих пор немые! — в оправдание сказал Зак.

Врёт, он всегда такой.

— С рождения, что ли? — спросил я.

— Да пошёл ты. — кинул Грандэ.

Зак ухватил с проезжающей телеги какие-то вещи и кинул мне, не забыв подтолкнуть телегу так, что та покатила под испуганный крик торгаша, точно под напором пяти лошадей.

— Это что за рваньё ты стащил? — оглядел рубашку я. — Лаптей только не хватает.

— Иди тащи сам или намантри что-нибудь. — кинул в ответ Грандэ.

— Вы не чувствуете? Дымком попахивает. — перестал наконец крутиться и застыл на месте Тенесси.

— Только не говорите, что это то время.

Нет! — прокричал на английском я. И продолжил, чтобы горожане не понимали: — Ребят, только не пугайтесь, но мы в прошлом. Я не знаю, как, но Аврора, — мой косой взгляд на девчонку — Закинула нас в век 16-17. Я так думаю. Тогда часто пожары случались, здания-то, эти клетьи, деревянные! Идиоты верили, что камень вреден для здоровья. Прости меня Господи за подобные оскорбления, но я не просил таких чудес!

И снова эти косые взгляды. Один огромный детина даже остановился перед нами.

— Коли выбрал чёрную сторону, не трог детей чистых, нечесть проклятая. — сказал мужик.

— Что? — выгнул бровь я.

Мужик схватил меня за плечо и начал трясти.

— Сначала отпусти дитя, демон проклятый. — пробасил он и повернулся к народу. — На костёр колдуна!

— По-моему тебе следует говорить на понятном всем языке, иначе посчитают за колдуна. В смысле раньше надо было думать. — заметил Зак.

Большой, страшный, с огромной бородой мужик не переставал меня трясти и даже попытался отобрать девочку! Ну что за невиданная наглость! Такие меня давно не пугают.

— Так меня ещё не оскорбляли! — заметил я. — Это ж надо было догадаться посланника назвать демоном! Не бледный же я, как смерть, чтобы говорить мне такое! Не трогай моего ребёнка! — возмущался я под клацанье зубов от тряски.

— Джейк, не горячись… — начал Грандэ, но не успел.

Я ухватил мужика за руку, касание кожи, и услышал мысли.