Заклиная Печати. Аномалия времени

Что за существо в них скрыто? Не может ведь человек брататься с теми, для кого служит стейком!

— Кажется, у нас смельчак нашёлся. — огласил на всю «тюрьму» монстрических размеров непропорциональный урод. По-другому это место назвать язык не поворачивался. Крохотные пустые помещения, огороженные решётками. И таких «номером класса „люкс“» здесь десятки с кровавыми следами на полу.

— Они все такие. Сначала. — махнул рукой старик, что собирал мои шмотки, отставив трость. — Эй, не надо ломаться. Раньше времени.

— Все смелые, пока за ними стоит здоровяк. Да, дедуль? — сказал я.

Я с лёгкостью вернул руку на место и тут же почувствовал, как это огромное недоразумение у старика за спиной, ухватив мою ногу, подняло меня над полом вверх тормашками.

— Против старика. Ну и позор. — фыркнул здоровяк.

— Сдаётся мне это необычный дедуля. Силёнок у него хватит, чтоб и тебя отделать. — ухмыльнулся я, глядя на перевёрнутый мир.

— Кто это тут старик?! — рявкнул дедок.

Здоровяк загоготал. И хохотал этот большой засранец, как мелкий. Словно здоровяк в теле ребёнка.

— Если захочу, раздавлю тебя одним ударом.

Со слезами в сердце мне пришлось расстаться с цепочкой. Я подумывал сопротивляться и просто испепелить Тварь, но тогда напрасно я столько терпел. И, как сказал ныне живущий Мирный, шведский стол сорвётся.

— Будет вместо зубной нити. — хохотнул монстр и взял цепочку в зубы, точно зубочистку.

От этого я чуть не послал свой план в тартар, но здоровяк вдруг принюхался ко мне.

— Одни кости и никакого жира. — он обернулся к своему дружку-обчистильщику. — Ты уверен, что его стоит выставлять? На него даже слюни не текут.

— Да, ты прав, там любят дичь покрупнее. Да, сэр Шаковский? — другой старик стукнул по клетке, в котором держали полного, но не менее свирепого мужчину. Тот лишь прорычал столп матов в ответ, послав всех четверых надзирателей на тот свет.

— Скоро всё так и будет. — поддержал его я. — Эй! Хватит меня нюхать!

Зверь (а по-другому это недоразумение и не назовёшь) брезгливо поморщил нос.

— Гадость какая, от него пахнет птицей. Это странно. Почему от тебя пахнет птицей? — обратился он ко мне, злобно рыча.

— Плотно поужинал. — пожал плечами я, но живот предательски заурчал.