Повелитель времени. Том 2

Печально, что ничего магического там не было, ибо цена таких предметов могла бы быть во много раз дороже простых драгоценностей, из которых они выполнены.

Так вот, мелкие вредители несколько раз попытались напасть на нас. Вот только эти нападения настолько неграмотными и разобщёнными, что о них можно было бы и не упоминать. Не применяли даже те самые стрелы, которые, по словам почившего Святослава, с лёгкостью пробивали их броню.

– Вот чёрт, а это что за хреновина? – удивился я, заметив красную линию на каменном полу, когда мы уже начали последние золотые монеты сгребать.

«Акробат» активировал заклинание, которое моментально смело в сторону всё оставшееся золото, открывая нам вид на огромную пентаграмму.

– Мне показалось, или она засветилась на мгновение? – спросил я у своего подчинённого. Кроме нас-то тут больше никого и не было, остальные добычу наверх понесли.

– Отвлёкся, не видел, – пожал плечами «Акробат».

Оставаться тут как-то расхотелось. Ну в болото этих тёмных хоббитов, вряд ли мы найдём у них что-то стоящее, что заставило бы нас потратить на них своё время.

– Верните! Они придут! Они найдут! Забрали помехи! Убили защитника! Верните помехи! – встретился мне на выходе седой как лунь хоббит.

Безоружный абориген преградил нам путь, пытаясь не пропустить нас. Я было замедлился, но «Акробат» лишь отмахнулся от него, впечатывая худосочное тело в стену. Даже внимания на причитания старика не обратил.

«А, ну да, он же не понимает, что он говорит, пусть это и полный бред. Кто придёт? Какие помехи? Ладно, пусть возятся тут в своей песочнице, не наши проблемы», пожал я плечами, заходя в портал. Ничего ценного и интересного здесь больше не будет, можно забыть об этом месте. Пометить только надо на нарисованной нами карте, что тут выпотрошили всё без остатка.

Некоторое время спустя. Разграбленная пещера

Сотни тёмных хоббитов с испуганными лицами вжимались в стены, внимательно следя за пульсирующей ярко-алым цветом пентаграммой.

Безоружный седой старик, который напрасно пытался остановить людей от совершения очень серьёзной ошибки, стоял ближе всех к пентаграмме. Старейшина хоббитов не мог похвастаться ни магической, ни физической силой, но гордость не позволяла ему бежать.