Понты и волшебство

Даже гном, чьи короткие ноги по идее должны были создавать ему немало неудобств, не сетовал на судьбу.

Привалы мы разбивали прямо на обочине, отходя от тракта метров на пять-десять. Так оно безопаснее, объяснил Морган. Хищные звери, в изобилии водящиеся в округе, избегают подходить близко к тракту, а от их человеческого эквивалента не спрячешься даже в самом глухом лесу.

На последний день прогнозируемого Морганом движения по дороге места стали куда более населенными. Мы даже прошли через небольшую деревеньку, расположенную вдоль дороги.

Селение было небольшим, домов на сорок, хотя «домами» эти строения я называю скорее по привычке, нежели по их принадлежности к данной части жилой архитектуры. Хижины, халупы и лачуги, вот как они должны называться.

Местные жители к четырем вооруженным мужикам отнеслись весьма неодобрительно, я бы даже сказал, недружелюбно. Конечно, я и не ждал, что проезжающих — или в данном случае проходящих — путников принято встречать хлебом-солью, но демонстративно загонять детей домой, запирать скотину в сараях и хлопать ставнями окон — это уж чересчур.

На улице остались только несколько мужчин, и все они смотрели на нас с нескрываемым негостеприимством, сжимая в руках черенки вил и лопат.

Гном спел им песенку о сексуальных взаимоотношениях крестьянина и медведя, а сэр Реджи одарил одной из своих улыбок, после чего и мужчины поспешили укрыться за защитой стен.

— Крестьяне, — сказал Морган. — Самая отсталая, угнетенная и пессимистически настроенная часть нашего общества.

Они считают всех магов черными, всех солдат — убийцами, насильниками и мародерами, а все перемены — к худшему.

— Хочешь заняться просветительской работой, маг? — спросил сэр Реджи.

— Я не очень силен в области просвещения, — сказал Морган. — И у меня вряд ли хватит терпения, чтобы вдолбить хоть что-то в их головы.

— Они хоть грамотные? — поинтересовался Кимли.

— Смеешься, гном? — сказал Морган, — Они до сих пор считают грамотность одной из разновидностей чахотки и избегают ее, как огня.

А как обстоит с крестьянами в твоем мире, сэр Геныч?

— Примерно так же, — сказал я, не вдаваясь в подробности коллективизации, создания колхозов, совхозов и последующего развала всего сельского хозяйства.

Мы миновали деревеньку, а еще через пару километров нас ожидал приятный сюрприз — трактир.

— Странно, — пробормотал Морган. — Я не помню, чтобы здесь стояла харчевня.