Ночной охотник.

Мне стало любопытно, и я потянулся по ней к ящерке. И неожиданно для себя скользнул в этот сгусток, словно в туннель.

Мир моргнул темнотой и снова открылся, сильно изменившись. Изменился обзор — он раздвоился, резко уменьшившись. Прямо передо мной лежали кусочки сыра на медном блюде. Слева и снизу вверх вижу хобгоблина с набитым ртом, но не жующего, а смотрящего прямо. Справа, также снизу вверх, обозреваю себя, сидящего, скрестив ноги, застывшего и с прищуренными глазами. Догадываюсь, что смотрю глазами ящерки. Причем зрение словно раздвоилось.

Проглочен очередной кусочек сыра. Под ним обнаруживается небольшой кусочек тушеного мяса. Вот он приближается и исчезает, слизнутый язычком. Усилием воли снова представил нить. Она возникла, и я скользнул обратно. Моргнуло темнотой, и мир передо мной вновь обрел привычные очертания и размеры. Секунд пятнадцать-двадцать прошло, а полоска маны просела на треть. Потрясающее свойство, но чтобы использовать его, еще учиться и учиться. Ящерка доела последний кусочек, полакала воды и прикорнула, свернувшись у моей ноги.

А я так и не попробовал пустить ману по нити, чтобы отозвать питомца.

Заметив, что хобгоблин в очередной раз потирает виски, видно это место действует на него все сильней, я решил перевести разговор в другое русло. Ведь до вечера осталось не так много времени и нужно заняться подготовкой. Четыре часа и начнет темнеть, тогда и выйду на охоту, избегая не нужного риска. В темной одежде и в сумерках, на фоне темных развалин меня даже без невидимости трудно заметить.

Подтащил сумки мародера, снятые с Пыхи, сильно облегченную сумку контрабандиста и занялся содержимым. А хобгоблину велел рассказать о гоблинах, населяющих седьмую зону вокруг нас.

И пока он рассказывал, я в первую очередь вытащил имеющиеся камни маны. Найденные у Васки три мешочка содержали около сотни мелких в 30-50 единиц, четыре десятка в 150-200 и восемь крупных от 1300 до 2100 единиц. Кроме того, нашел мешочек с несколькими десятками опустошенных камней маны, к которым подсыпал свои с остатками маны.

После того как пара камней, исчерпав ману, превратились в песок, заскрипевший на зубах, также собирал такие камни в отдельный мешок. Пополнил поредевшие вчера кармашки новыми камнями маны.

Наблюдавший за моими действиями Коныр рассказал, что существуют навыки, позволяющие наполнять опустевшие камни своей маной. Поинтересуюсь ими в личной комнате. Если попаду в нее, конечно. По мере разбора содержимого я выкидывал лишнее из сумок.