Ночной охотник.

Нашел пару медных котелков и несколько кожаных мешочков, наполненных какой-то жидкостью. На мой вопрос о содержимом старый гоблин ответил, что там сладкое вино для шамана крепости. Кожа мешочков была привязана к деревянному горлышку, в которое вставлялась пробка. Закинул их в сумку – посмотрю в безопасном месте.

Вырезал кристаллы из гоблинов. Мана была на вес жизни. Стрелу из телеги забрал, обернув тканью, вспомнив, как это делала все та же гобла из первой миссии. Погнал пленников, поторапливая, к убитым вначале гоблинам.

На первом трупе доспех представлял собой кожаную безрукавку с нашитыми внахлест железными прямоугольными пластинами. Тяжеловата на вес.

Хотел было закинуть в сумку, но передумал: системных карт у меня много, дополнительные кармашки для них нашил. А эту долго не поносишь, лошадь нужна. Вот лук у гоблина был хорош: сильно смахивал на композитный, который я видел в интернете. Только этот не такой красивый. Еще короче моего, рукоятка обычная, натяжение сильнее. И скрипел при натяжении значительно громче моего системного.

– Этот лук сделал мой брат Пыур, очень известный мастер по оружию во многих племенах, – раздалось со стороны старого гоблина.

– Полтора года он его делал. Впереди приклеены жилы лесной кошки, изнутри пластины конского копыта, – рассказывал гоблин, пока я занимался добычей с гоблинов. У его брата был навык по резке кости, с помощью которого он без зазоров склеивал каждую пластинку кости. Добавил, что убитый хозяин лука несколько лет собирал выкуп на него.

Еще у этого лучника нашлась сумка первого уровня, в которой из ценного нашелся лишь еще один колчан со стрелами с несколькими тетивами.

Срезал я поводья и подпруги у всех лошадей. Забрал еще четыре полутораметровых копья, у которых отметил удобный баланс для метания. Это же подтвердил и старый гоблин, поведавший, что это метательные копья, сделанные учениками брата в его мастерской.

Старик вообще старался быть полезным. Время от времени он успокаивал бледного и испуганного внука.

Того еще возле телег вырвало, когда смотрел на то, как я вырезаю кристаллы из трупов. Мне же было это нетрудно, лишь вспомнил учебу в медицинском и въедливого преподавателя анатомии по имени Сталина. Старик при этом поведал, что с кристаллами трупы станут нежитью к следующему утру. И то рассказал, что чем ближе к центру города, где могучая нежить охраняет алтарь Великого Ы, тем быстрее происходит превращение. Это знание было огромной ценностью для меня.