Ночной охотник.

Он у них за черта, что ли? Не усвоился гоблинский язык еще, наверное. А женский характер и в других мирах, видно, такой же. У нас Сократ еще до нашей эры советовал: обязательно женись, повезет с женой – станешь исключением, не повезет, то, как и я – философом…

Однако надо решить, как поступить: оставить одного, чтобы выяснить их место расположения? А если они близкие родственники? Озлобится пленник, заведет, как Сусанин, не туда или еще что-нибудь выкинет. Риски при таких действиях слишком велики. Решил проследить за ними, тем более три связки дров у тех уже были готовы.

И вскоре я продвигался следом за ними без невидимости, часто ориентируясь на шум от них. Гоблины передвигались с закинутыми на спину дровами и не думали оглядываться. Шли около сорока минут, сворачивая в разные закоулки. Гоблины иногда останавливались на короткий отдых. Старуха же молчала как рыба.

Отойдет, – мелькнуло у меня. Может быть. Вот скорт, слово то какое неудачное – отойдет. А язык гоблинский ближе становится, раз вместо черта гоблинский скорт на языке.

Открытые участки проходил в невидимости, так как в отдалении иногда показывались и другие гоблины, в основном такие же добытчики дров.

Подошли к парочке подлатанных домов. По все видимости, они здесь обитали. У домов имелся общий двор, одни крепкие ворота и залатанный забор. Во дворе находились еще две гоблинши: одна перетирала между камнями зерно, другая что-то помешивала в котле. Преодолев забор, я спрятался во дворе за навесом, под которым находилось сено, а рядом были сложены высохшие конские лепешки, видно также используемые гоблинами в качестве топлива.

Недалеко находились две телеги без лошадей. А спустя пару минут заметил и место, где гоблины держали пленников – у стены ближайшего дома виднелась яма, накрытая деревянной крышкой, скорей всего, бывшая когда-то погребом.

Гоблиненок, подняв крышку, принялся злобно скалить и строить рожи, кидая вниз камешками, пока старик, окрикнув, не послал того разбирать принесенные дрова.

А я прислушался пока к их разговорам. Те рассуждали о том, как продадут пленниц, жалея при этом, что одна пленница старая, рожавшая, и ту вообще могут купить только для опыта.

После чего старый гоблин обозвал тех тупыми самками скортов и сказал, что у той ценный навык топора и лучше отдать толстушку какому-то поединщику, а тот вытащит этот навык. Не совсем понял, что он хотел сказать. Что же, думаю – мы для них не гоблины, а расходный материал.