Книга 1. Пожиратель Героев

Глава 7

После каменного мешка, когда смерть, способная настигнуть в любой момент, была моим ежеминутным спутником и собеседником, я полностью осмыслил и принял факт конечности своего существования. Через пятьдесят лет, через сто, через десять или через пять минут – уже не важно.

Так что я не боялся умереть. Я не хотел жить, хотя бы секунду сожалея о происходящем.

Если бы я остался с Эллисой, то скорее всего выжил бы. По крайней мере если бы её отряд сумел продержаться против отряда империи. Но в этом случае я не смог бы отомстить ублюдкам, загнавшим меня в тот мешок.

И потом вечно сожалел бы о том, что не видел, как затухает жизнь в их глазах.

Именно поэтому я не пошёл за девушкой, а остался на месте, приготовившись бить, кусать и…

Убивать. Мысль о том, что вскоре оборву человеческую жизнь, не были ни капли отвратительными и даже странными. Скорее наоборот, я чувствовал настоящее предвкушение. Я вот-вот убью человека.

Снова.

Это случилось два года назад, я был в выпускном классе школы.

Поздно возвращался домой, ранняя весна, день ещё короткий, а в нашем районе никогда особо не следили за освещением улиц. Так что я и пара прибодавшихся ко мне гопников стояли почти в полной темноте.

Они по традиции спросили: “Который час?”. Я переспросил: “А вам зачем?” Обычно это срабатывало на таких персонажей. Они впадали в ступор и ещё парой фразочек можно было заставить их отстать. Но на этот раз то ли они были бухие, то ли особо дерзкие, и эффект оказался обратным.

Один из парочки без предупреждения полез в драку. Невысокий, может быть сантиметров на десять выше меня, так что я ударил его в висок – так было и быстрее, и удобнее.

Парень отшатнулся, схватился за голову, потом вдруг как-то странно застонал, вздрогнул всем телом – и рухнул на тротуар без движения. Второй с криками: “Петька! Петька!” наклонился и, чиркнув колёсиком зажигалки, поднёс огонёк к лицу Петьки. Застывшее на нём выражение боли и ужаса я не забуду никогда.

Это была аневризма.

Редко, но такое случается и у молодых людей, тем более при злоупотреблении алкоголем. Своим ударом я разорвал её. Смерть была почти мгновенной, парню хватило секунды лишь на то, чтобы испугаться.

Мои действия были признаны самообороной и никакого наказания я не понёс. Мне назначили психолога, который старательно и очень осторожно на протяжении пары месяцев расспрашивал меня о том, что я чувствую по поводу того, что из-за меня умер человек.