Книга 1. Пожиратель Героев

Но другие черви, похоже, крепко держали его руки и ноги, не давая избежать столь ужасной участи. И в конце концов на грудь бедняге упала пустая оболочка червя, а сам он, ещё пару раз вздрогнув, затих, видимо мёртвый. Представлять, насколько это было отвратительно, я не собирался. Просто решил, что скорее сдохну, чем дам забраться себе в горло.

Однако, засмотревшись на скручивающее кишки шокирующее зрелище, я забыл следить за своим окружением. Очередной червь подполз ко мне сзади, со стороны стены, и что есть силы вцепился челюстями мне в ногу под коленкой.

Это оказалось настолько больно, что у меня брызнули слёзы из глаз и я, не удержавшись, опустился на одно колено. И с этого ракурса мне стали видны уже десятки червей, расползающихся по полу под ногами людей.

Многие уже тоже не выдерживали и падали, тут же облепляемые червями со всех сторон. Количество людей, всё ещё стоявших на ногах, стремительно таяло. Ко мне тоже уже спешили несколько тварей.

И, вспомнив, что они сделали с тем парнем, я решил: если уж мне и суждено сдохнуть здесь сегодня, то я по крайней мере не сдохну один.

А потом, поднеся извивающуюся тварь к лицу, впился зубами в её бок.

Глава 2

По рту разлилась отвратительная жгучая горечь. Будто я одновременно закинул в рот давно сгнившее мясо, чьи-то провонявшие потом портянки и хлебнул дедовского самогона. Шкура червя была жилистой и упругой, будто бы резиновой, от неё тут же начало вязать язык и щипать нёбо и дёсны.

Однако, не собираясь сдаваться на полпути, я сдавил челюсти так, что, казалось, вот-вот треснут зубы – и жёсткая шкура всё-таки поддалась. И дальше всё стало только хуже.

Отвратительная склизкая начинка была куда мягче и я с лёгкостью смог откусить от неё кусок. Но при этом что она сама, что какая-то густая тягучая жижа, что выжалась из неё мне в рот, были просто до удивительного ужасны на вкус.

Никогда в жизни мне не доводилось жрать ничего хоть отдалённо похожего, сравнить это было совершенно не с чем. Ближайшее, что я мог придумать – это слизняк в маринаде из дерьма. Но даже это не давало понимания даже о десятой доле того взрыва мерзости, что произошёл у меня во рту.

Первым же позывом было выплюнуть эту гадость. К горлу опасно близко подступил ком рвоты. По всему телу прошлась волна дрожи.