Железный Феникс

Всё-таки Вирра выросла в мире с жёстким социальным расслоением. Я тут всего ничего — и то мне уже прожужжали уши на тему неравенства магов и обычных людей.

Но мне всё равно. Потому что один раз я уже умер. И если судьба расщедрилась мне на второй шанс, я своего не упущу.

А Вирра — именно своё и есть. Не зря же она так напоминает мне Веру.

Только теперь понимаю, что пауза затянулась, а я поглаживаю большими пальцами нежные щёчки стоящей передо мной девушки и не отрываю взгляд от её лица. И взгляд этот блуждает, предательски соскальзывая вниз, к слегка приоткрытому рту.

Вирра вздыхает, чуть заметно прикрывая глаза. Неуловимое движение навстречу друг другу — и её губы наконец встречаются с моими. Поначалу это лишь лëгкое касание, знакомство. Но первое стеснение быстро проходит. Наши движения становятся резче, решительнее. И уже как-то плевать, что мы находимся совсем рядом с домом матриарха…

С трудом отрываюсь от девушки, первым приходя в себя. Утыкаюсь лбом ей в плечо, чтобы хоть немного успокоиться.

— Пойдëм, — шепчу еле слышно. В ответ Вирра кивает — я этого не вижу, но чувствую по еë движениям.

Оставшийся путь до моих покоев мы проходим молча и очень быстро. Как ни странно, даже никого не встречаем. Или это я сейчас никого кроме неё не вижу? Без понятия.

Тщательно закрываю дверь, лишая Орлину — да и любого, кому такое взбредёт в голову! — возможности повторения сцены в лазарете. А после мы с Виррой, не сговариваясь, устремляемся в спальню.

Спешить некуда, поэтому я не тороплюсь. Долго целую Вирру, стягивая с длинных шелковистых волос надоевшую косынку. Кончиками пальцев поглаживаю её плечи и спину, ощущая, как теплеет под тонким полотном нежная кожа.

Поначалу Вирра льнëт ко мне, цепляясь за одежду, словно я в любой момент могу исчезнуть. Но постепенно успокаивается — дышит глубже, обнимает смелее. Еë тонкие пальчики зарываются мне в волосы, а твëрдые горошины сосков чувствуются даже через одежду.

Которая, кстати, очень даже мешает!

Синхронно, будто спохватившись, начинаем раздевать друг друга — торопливо, не глядя, путаясь в пуговицах. Пока наконец не оказываемся обнажëнными, кожей к коже.

Вирра почему-то теряется, поэтому беру инициативу на себя. Укладываю девушку на кровать, выцеловываю на смуглой коже влажные дорожки.

— Ма-а-акс… — просительно выдыхает Вирра.