Железный Феникс

Эта беготня порядком раздражает, но останавливать женщину я не собираюсь: пусть лучше ходит, чем вопит.

— А хуже всего то, что эти старые уроды ни за что меня в зал заседаний не пропустят! — заламывает руки Орлина. — Я ж для этих перечников как была чужачкой, так и осталась. За тебя там совсем некому будет постоять!

— Да я вроде и сам с усам, — говорю с уверенностью, которой совсем не чувствую. Шутка ли — вот так лезть в какой-то там совет, не зная ни правил, ни законов. Я даже в лицо мало кого из Максиновых родственников запомнил — не до того было.

— Да что ты говоришь! — отмахивается любящая матушка. — Там такие хрычи, которых вовек не переспоришь.

— И что же, всё уже предрешено? — сержусь я. Что-то надоело мне это пораженчество. — Может, тогда вовсе лучше не ходить?

— Ни в коем случае! — сверкает Орлина глазищами. — Мой сын от этих сморчков бегать не станет!

Ну понятно. Киваю.

— А чего-нибудь конструктивного не посоветуешь? — спрашиваю чуть громче, чтобы Капец тоже услышал.

И он слышит.

— Ещё ничего не решено, — сообщает сдержано. — Да, многие сейчас за Ангвара. Но в конце концов каждый из присутствующих соблюдает только свои интересы. На тебя будут смотреть. Будут проверять. И, возможно, придут к выводу, что ты станешь для них лучшим вариантом, чем Игор.

Да уж. Совет так совет. Чтобы хоть как-то ему последовать, нужно понимать расстановку сил. А я вместо того, чтобы сразу во всём разобраться, ударился в… романтику.

Нет, не жалею. Но и разумным моё поведение не назовёшь.

Тяжело вздыхаю:

— Ладно. Сколько у нас есть времени до начала заседания?

— Оно уже началось, — огорошивает Орлина. — Хорошо, что у меня повсюду есть уши, иначе только к полудню узнали бы.

— Тогда идём, — направляюсь к выходу, но мать останавливает, положив руку мне на плечо.

— Она всё ещё там? — неодобрительно кивает в сторону спальни. — Не стоило тебе связываться с изолом. Особенно не из наших.

Убираю с плеча её ладонь и поворачиваюсь к женщине. Вот уж точно — с мамой я в таких делах советоваться не намерен, тем более, с чужой.

— Это не твоё дело, — сообщаю, глядя ей прямо в глаза. — И, если хочешь, чтобы я был с тобой вежлив, больше её так не называй. Вирра. Девушку зовут Вирра. И на Ангвара она теперь не работает. Запомни.

Женщина раздражённо фыркает и уносится вперёд. Характер у неё, конечно… Впрочем, магия на него тоже может влиять.