Железный Феникс

Нет больше ни силового поля, ни ухмыляющегося противника. Надо мной возвышается каменная пирамида, вершина которой упирается в небо. В центре обращённой ко мне грани напряжённо мечется гигантский зрачок — настолько чёрный, что, кажется, поглощает собой все краски мира.

«Покорись!» — набатом бьёт по моей черепушке. Кости гудят и вибрируют, будто медные колокола. Кажется, моя голова сейчас взорвётся.

Зрачок на пирамиде замедляется — и останавливается прямо на мне. Он ритмично пульсирует, одновременно будто бы сдирая с меня слой за слоем.

Одежда, кожа, внутренности — всё втягивается внутрь ненасытной черноты. Боли нет, но ощущение распада выворачивает мозги наизнанку.

«Покорись!» — повелевает невидимое существо. А я чувствую себя таким крошечным и бессильным, каким, наверное, не бывал даже в колыбели. Да что там! В материнской утробе! От меня попросту не осталось ничего — я весь внутри непроглядного мрака…

Нет! Этого просто не может быть! Морок, галлюцинация — но точно не объективная реальность!

Остро хочется себя ущипнуть.

Исчезнувшие было мышцы конвульсивно дёргаются. Правая рука сгибается в локте, и я вижу всё ещё работающими глазами по-прежнему объятую пламенем ладонь. Не голые костяные фаланги, как я ожидаю, а самые обычные пальцы. Вторая рука тоже в норме — тело всё ещё не слушается, но я буквально заставляю его двигаться, чтобы в этом убедиться.

«Покорись!» — ещё более требовательно звучит приказ. Но бессовестная тьма больше надо мной не властна.

Наоборот! Единственное, чего я сейчас желаю — разнести её к хренам!

Маги ведь не только в ближний бой умеют, правда?

Отступаю на полшага, через противодействующую силу поднимаю вверх обе руки, направляя их в сторону гигантского зрачка. По такому захочешь — не промажешь.

Что там надо кричать в таких случаях? «Файербол»?

Но прежде чем успеваю что-нибудь произнести, с объятых пламенем кулаков срывается целый огненный поток. Куда там жалкому файерболу! Жар разливается по всей грани, поглощая метающийся зрачок и дочерна вылизывая красноватые камни, из которых сложена пирамида.

Довольно, — приходит мысль откуда-то извне. И тут же организованный мной фейерверк гаснет, а я вновь оказываюсь на огороженной силовым полем площадке. Светлые плиты, которыми она вымощена, растрескались и почернели. В противоположной стороне — полусогнутый, пытающийся отдышаться Рах Шан. Кажется, от его костюма даже поднимается струйка дыма.