В конце вечности

Должно быть, вы с Эльзой, по замыслу Творца, должны ему помешать… Увы, роль моего народа в этой игре уже отыграна, и моя карта бита. А ты всё ещё можешь повлиять на исход последнего крестового похода, — сказал старый Атлант и устало закрыл глаза. Остап задумчиво молчал, растирая в ладони пыльный песок.

— Спасибо, Богур, — отряхнув ладони, сказал Остап. — Я верю тебе, но, к сожалению, я не чувствую в себе какой-то особенной силы, — пожав плечами, добавил он. — Я чувствую себя лишь человеком.

— Так и должно быть, — спокойно ответил старый Атлант.

— Сила твоя в предназначении. Ты выдержишь там, где другие сойдут с ума от страдания. Не дрогнешь, когда подступит край. И главное. Кем бы ни было зло, что сделало тебя невольным палачом моего подземного царства, оно просчиталось. Печать, выжженная на твоей руке, делает твой меч самым страшным оружием во всей вселенной, позволяя лишить жизни не только тело, но и бессмертную душу.

Остап взглянул на печать на запястье и осторожно коснулся рукояти меча.

— Я рубил им бесов. Они напали на нас по пути сюда, — посмотрев на Богура, сказал Остап. — Едва ли в их смерти было хоть что-то особенное, — переведя взгляд на гравированное лезвие, произнёс Остап.

— За их мерзкие души ты можешь быть спокоен. Они не пострадали, — глядя на обнажённое Остапом оружие, произнёс Атлант. — Всё дело в знании и вере. Если бы ты не верил, что с помощью этой печати сумеешь открыть дверь, ведущую сюда, ты никогда бы её не открыл. Теперь и меч в твоих руках обрёл силу, ранее которой не имел.

Вера, Орбодиан. Только в ней вся сила.

Остап, ещё раз проведя напряжённым взглядом по холодному металлу, вложил его в ножны.

— Даже не знаю, благодарить ли тебя за эти знания, — глядя на отливающую золотом рукоять, произнёс Остап. — Теперь мне придётся трижды подумать, прежде чем достать оружие.

— Не тревожься об этом, слушай сердце. Оно укажет верный путь. А теперь ступай, Орбодиан. Ты нужен наверху. Хранители тайной тропы защитят тебя от бесов на обратном пути.

— Хранители?! Это те чудовища, что убили моих спутников?! — сжав от досады рукоять меча, спросил Остап.

— Не вини их, Орбодиан. Лишь Ангелам дозволено ступать по заповедной тропе. Таков закон. Нарушивший его отправляется в царство неизбежное. На встречу с предками. Ты знал это, чувствовал, но переубедить их было не в твоей власти. Поэтому и себя тебе тоже винить не стоит. Люди сами выбирают путь, мы лишь говорим, в какой стороне свет.