Монкрейн – Ученик Духа

Это была скорее импровизированная, ослабленная версия настоящего зелья очищения, созданная из простейших средств. Для него нужны были только некоторые очищающие и стимулирующие растения. И конечно Дух. Без Духа возможность приготовить даже такое зелье превратилась бы в приключение на добрых несколько месяцев.

"Не используй я Дух, то получившимся отварчиком можно было бы разве что царапины обрабатывать. Да и то, не слишком глубокие."

Важность Духа была неоценима. С помощью Духа Ронта ослабил большую часть ненужных, бесполезных и вредных свойств, а вместе с этим усилил ключевые.

Никакого чуда, это была элементарная реакция, которую знают даже самые неуклюжие ученики. Для такого ему не нужны были ни жесты, ни слова, которым обучали в Школах. Словом, в его глаза это была даже не настоящая алхимия.

...

Не услышав ответа на свой вопрос, он не спешил переспрашивать или настаивать. Просто сел на пол и стал ждать. Тело очищалось не так быстро, как он того ожидал, но с такими ингредиентами это было объяснимо.

Зелье он создал, в конце концов, едва ли не из всего что под руку попалось. Образно говоря, но это и на самом деле не было далеко от правды.

— Что это? Что происходит? — первым спросил Трант, с любопытством нависнув у самого края постели. Промахнувшись он опёрся мимо бортика и шлёпнулся вниз, кувырком прокатившись по полу.

— Всего лишь нечистоты тела выходят. Зелье избавляет от всего вредного в организме, быстро и почти безболезненно. В моём мире каждому ребёнку дают такое, когда он начинает тренировки.

Лет в десять, — Объяснил Ронта, ничуть не хвастаясь. Кто-то бы мог подумать что он нагло рекламирует своё зелье, но этот кто-то рисковал ошибиться. Чуть прищурившись, как хитрый старик, Ронта задумчиво погладил несуществующую седую бороду, — Вы двое, хотите стать практиками?

Ответ последовал не сразу. Двое выглядели в этот момент совсем по разному. Трант с неверием смотрел на Ронту, как на существо из другого мира.. а впрочем таковым он и был. Он так старательно раздумывал, что вены на лбу посинели.

Наконец, сглотнув, он сказал:

— Но это же невозможно. Мне уже пятнадцать лет, а все истоки пробуждаются до тринадцати!

— Глупости! Чушь несусветная! — Уверенно заявил Ронта, тайно стараясь не перебрать с театральностью, — Я докажу, если согласишься. Но второго шанса не будет. Тебя, девочка, это тоже касается.

Он не просто так предложил им эту возможность. В новом мире, как он уже убедился, не было никаких оснований для беспечности.