После

Не далее чем в пятидесяти метрах толпа не меньше сотни. Наг застонал, собрался с мыслями: «Хватит! Не буду бежать, пусть утыкают стрелами, но бегать я больше не буду. Что смог я сделал. Ночью Родичей искать не будут, а до завтра следы зарастут. Да и основных следопытов я уничтожил.»

Из леса выходят представители всех шести фракций: эльфы-друиды, гоблины-некроманты, люди-рыцари, как светлые, так и темные, пара орков-берсеркеров и кто бы думал — Канцлер! Выжил таки, амеба. «Как же я Вас ненавижу! -глаза нага засияли алым — Всех уничтожу! Всех!» Получилось как в первый раз — над всей сотней замерцал красный покров.

«

Берсерки умерли первыми, за ними, к богам, отправились три рыцаря тьмы. Собаки-химеры, скелеты, зомби, магия, стрелы, — крутясь на небольшом пятачке, наг уходит за деревья. Противники прут десятками, приходится ползать по телам. Покинуть битву не получится, Макс давно заметил, что находится в окружении. «Живым не дамся! — подумал он -Заберу сколько смогу, моим товарищам легче будет!» Сбив рыцаря с ног, Макс занес правую верхнюю для добивающего удара, но кисть с саблей летит вдаль от тела.

Плевать еще три осталось! Он колет правой нижней. Рыцарь даже не дернулся. Следом наносит хаотические удары вокруг себя, убивая и нанося травмы. Вокруг падают люди, орки, гоблины, медведь. Кто-то кричит, кто-то уже нет, но свежих сил у преследователей еще достаточно. Один из самоубийц, подкравшись сзади, прыгает и молотом ломает змею позвоночник посредине тела. Максим шипит и отправляет вредителя к богам по частям, а сам, из-за травмы, валится набок. Свора отступает и расступается. Неспешным шагом, гордой походкой, чеканя каждый шаг к поверженному противнику подходит Канцлер и бьет по лицу ботинком.

— Пресмыкающееся, что скажешь перед тем, как я отсеку тебе голову?

Смело. Но у нага одной руки нет до локтя, он весь в порезах, из двенадцати змей ни одной нет ни одной, то, что от них осталось, кровоточит.

Кровотечение настолько сильное, что благословения жизни не справляются. Сломаны сто восемьдесят пар ребер и позвоночник. Наг умрет в любом случае. Свет постепенно меркнет, в ушах звенит, хочется спать, Макс сильно устал.

— Что сказать Канцлеру на прощанье? — подумал Макс, он уже смирился с неизбежным — О-о-о-о! Мощный удар восстановился. Интересно, можно ли в таком состоянии достать до его шеи? — наг начал смеяться.