Вернуть Боярство 3

Всё равно ничего, могущего нести угрозу твоей госпоже, мы не затеваем и уж тем более не обсуждаем.

Дальнейший путь прошел в тишине. Кристина снова приняла форму тени, Алтынай молча пристроилась за моей спиной, а я думал о предстоящем разговоре. Очень важном разговоре, по завершении которого я надеялся снять часть груза проблем по набору людей со своих плеч.

Миновав ворота и приветливо кивнув охраняющим их бойцам и их командиру, я направился по раскисшим, полным жидкой грязи улочкам в направлении кабака.

Было лишь полчетвёртого вечера, можно сказать, последние часы перед тем, как освободившийся от работы, службы и иных дел народ заполонит улочки и переулки городка, стремясь урвать пару-тройку часов на вечерние увеселения перед завтрашним, очередным рабочим днём.

Нам, переведенным на эсминец, об этом можно было не париться. Особенно после того, как окончательно сдали дела своим приемникам на постах офицеров нашей роты, к вящей радости капитана Кучина — тот был явно рад, что его смещение с должности командира роты отменяется.

Что ж, главное, что все довольны, правильно?

Влад Приходько сидел за небольшим столом в углу помещения, перед широким окном, из которого лился свет. Неторопливо прихлебывая из здоровенной кружки пенное и закусывая сушеной рыбкой, он внимательно читал Имперского Вестника, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. А, нет, не совсем — какая-то пара косматых мужичков подсела к нему за стол, но поднявший взгляд от газеты бывалый сибирский вояка что-то негромко бросил, сверкнув глазами, и тех как ветром сдуло.

— Посиди пока за соседним столиком, — попросил я Алтынай. — У меня личный разговор с Владом.

Та без слов кивнула и пошла к длинной стойке, за которой разливали напитки. Тень же уходить и не подумала, и я, остановившись, поглядел на неё.

— Тебя это тоже касается.

Моего разума коснулась аккуратное послание, переданное мыслеречью:

— Я обязана знать всё о тех, кто окружает госпожу.

— Ты либо уйдешь сейчас добровольно, либо я выпну тебя как бездомную дворнягу своими силами, женщина, — пригрозил я. Причем вполне серьёзно. — Он мой друг, и я намерен обсудить то, что ни тебя, ни твою хозяйку ни в малейшей степени не касается. Успокой себя тем, что уже через день будешь знать, о чем речь. Так что сейчас — брысь из тени, не то худо будет.

На меня уже даже коситься начали — стоит, сам со своей тенью разговаривает...