Боярин Осетровский

В принципе, уже понятно, отчего умирали все остальные посетители терема: с простонародьем Голос в принципе не общалась, изначально считая их незваными гостями, а всех бояр, неважно, с царской грамотой или нет, они сразу же относила к врагам рода. Потому что «она их знает». А тут я нарисовался: вроде и боярин, но в то же самое время – и не враг. Вот она и решила со мной пообщаться, определить, так сказать, мою судьбу…

Похоже, мое появление здесь – это некий эксперимент царя-батюшки, мать его… достойная женщина, вне всяких сомнений.

Мол, а давай-ка запустим сюда боярин из рода, который стопроцентно с Сисеевыми не ссорился. Вдруг на тереме какое-то проклятье, подействует оно на него или нет?

- Я признаю тебя владельцем терема согласно повелению царя при условии…

Так. Началось. Я снова напрягся. Господь, ты рискуешь остаться без свечки.

- Ты поможешь отомстить за погибший род.

- Отомстить… кому? – осторожно поинтересовался я, уже чувствуя, что ответ мне не понравится.

- Всем.

Ну, что я говорил?

- Ты уверена, что война сразу со всеми стоит того, чтобы обладать теремом… без всяких сомнений, замечательным, но всего лишь теремом?

Голос замолчала.

Надеюсь, она задумалась, а не взводит фигуральный курок.

- Что ты хочешь получить еще?

Вертолет и миллион долларов мелкими купюрами, блин! Ладно, первый вопрос:

- Остались ли у Сисеевых земли, которые я могу получить в вотчину?

- Нет.

На этом вопросы можно и закончить. Собирать удочки и сматываться. Голос хочет мести «всем» - то есть, она попросту не знает, кто виноват в вымирании рода – и, если я не пообещаю отомстить, она не признает меня владельцем…

Стоп.

- Ты знаешь, кому конкретно ты хочешь отомстить?

- Всем.

Маньячка.

- «Всем» - это кому? Всем людям на Руси?

Молчание.

- Нет.

- Тогда кому?

Голос помолчала.

- Всем, кто виноват в гибели рода Сисеевых.

- А ты знаешь, кто это?

- Бояре.

- Что, все сразу?

Молчание.

- Я не знаю.

Так. Я мысленно потер ладони. Кажется, это задача для Аквамена… в смысле, подьячего Разбойного Приказа, пусть и бывшего.

- Как к тебе можно обращаться?

- Как хочешь.

- Можно называть тебя… - я мысленно хихикнул, - Алиса?

А что, смешно же – Алиса, хи-хи… Так. Стоп. Викентий, похоже, это уже истерика. Давай, возьми себя в руки, тряпка!

- Нет, - ответил голос.

- Почему? – не понял я.

- Мне не нравится имя Алиса.

Голос – точно женщина. Как у любой девушки: «Делай, что хочешь, мне все равно. Только вот это не делай, вот это, вот это и вот это.